liberadio

По-моему, всем антиимпериалиствующим анархистам и троцкистам, маскирующим свой левый антисемитизм под антисионизм, а также бесперебойно, но бездумно цитирующим Рокера и Кропоткина «анархо-синдикалистам» и отрицающим Холокост фэнам Бордига («Аушвиц как алиби»), говорящим о Второй мировой не иначе как о «Второй мировой войне капиталистов», есть чему поучиться у такого классного дядьки как Сэм Долгофф (1902 — 1990). Уму-разуму, собственно.

Рокер отчаянно критиковал тех товарищей, которые, в то время как испанские товарищи сражались спиной к стене, клеветали на «предводителей» CNT-FAI как на бюрократов, подозревали их в жажде власти и упрекали их в стремлении навязать другим членам свою волю. Он хвалил Эмму Голдмэн за то, что она в трудный час поддерживала наших сражающихся товарищей и осуждала злобствующих критиков, которые, вместо того, чтобы помочь, атаковали их и сыпали соль в раны. Что было нужно в этот критический момент — это понимание и солидарность, а не мелочные придирки. 

Как Рокер и огромная часть анархистского движения, которая выступала против Первой мировой войны, мы сошлись теперь на том, что мы должны поддержать войну против наци-фашистов и их союзников, и это касалось и испанских беженцев во Франции. Причиной тому было не то, что мы стали про-капиталистическими патриотами; мы считали, что гражданские права являются значительной ценностью, которая была отвоёвана угнетёнными массами у «демократических» государств в тяжёлой борьбе, и которую следовало защищать против всякой попытки их урезать. Только демократии располагали необходимыми ресурсами, чтобы победить фашистские орды. Наша жизнь и существование цивилизации зависели от того, что фашистские армии будут разбиты.

Я не понимаю, как интеллектуалы вроде Джона Хьюистона, как либеральный академик Джордж Вудкок и лондонская группа «Freedom», не говоря уже о «чистых анархистах» (к которым принадлежал Маркус Грэхэм, издатель почившего в бозе журнала «MAN!») могли быть против войны. Было ли им всё равно, победят ли в войне фашисты или демократы (сколь несовершенными и подлыми они могли бы быть)? Убийство шести миллионов евреев и миллионов антифашистов, фактическое порабощение покорённых народов, власть «арийской расы» над всем миром не имело для них никакого значения? Ещё более отвратительными были скрытые намёки, что Рокер и другие, кто выступал за войну, были «милитаристами». […]

На следующий день после провозглашение государства Израиль (15 мая 1948 г.) Ассам Паша, генеральный секретарь Арабской Лиги, угрожал: «Это будет войной на уничтожение, как при нашествии монголов и крестовых походах». В дискуссиях с израильскими анархистами подчёркивалось, что односторонее упразднение государства Израиль вообще не было бы анархистским. Напротив, это увеличило бы чудовищную силу арабских государств и ускорило бы их планы по захвату Израиля. […]

Необходимость защиты Израиля — как откровенно подтвердили наши товарищи — ни в коем случае не подразумевает ограничение сконцентрированной власти государства. Более того, она обуславливает военные, экономические, правовые и социальные мероприятия, которые необходимы для того, чтобы поддерживать Израиль в постоянной боеготовности. Такие приготовления к войне усиливают тенденцию к деспотизму, черту всякого государства, вместо того, чтобы её ослаблять. Израильские анархисты (а также не-анархисты) понимают очень хорошо, что ограничение государственной власти в таких условиях не является альтернативой. Но они как анархисты считают себя морально обязанными, насколько это возможно, бороться с усиливающимся деспотизмом израильского государства.

Поскольку «политики и диктаторы» не станут заключать перемирия с Израилем или не могли бы сделать этого с чистой совестью, заключение мира с арабским народом ни в коем случае не является простым делом, как это утверждается в «Problemen», а просто невозможным. Чтобы достичь настоящего соглашения с союза с арабским народом, арабские массы должны сопротивляться своим властителям и отказываться подчиняться их приказам. Но отсталые, фанатично-религиозные арабские массы, которые нисколько не прогрессивней, но ещё более реакционней своих лидеров, этого не хотят. За несколькими достойными исключениями большинство арабов ненавидит «израильских захватчиков». В таких печальных обстоятельствах «мир и братство» между арабами и израильтянами, безусловно, является похвальным, но не практичным начинанием. Хотя моральная обязанность анархистов всё ещё заключается в объяснении словом и делом, что добровольное сотрудничество, взаимная помощь и солидарное и братское соседство всех народов должно и может быть достигнуто.

Sam Dolgoff, «Fragments: A Memoir», 1986