Archives

by olladij

Реформисты в Иране: Спасите монстра!

Али Ширази

От Каджаров до Реза-Шаха

С начала контактов с западным миром Иран в несколько заходов перенимал и перерабатывал модели, которые были распространены в то время. Во время династии Калжаров в конце 19-го, начале 20-го века, Османская империя была мостом к идеям Просвещения, происходившим с Запада.

В конечном итоге, это вело к тому, что дело дошло до конституционной революции, которая в первую очередь ограничила абсолютные права духовенства и шаха. По крайней мере, это было целью тогдашнего конституционного движения. Постепенно духовенству удалось снова получить власть. Это духовенство заправляло всем при дворе шаха. Соответственно снова начало расти и недовольство населения. Реза Палави воспользовался этим, чтобы утвердить свою власть как главнокомандующий армии, а затем и как шах, и превратить её в диктатуру. Он ограничил власть религиозных объединений, отнял часть их земельных владений и начал символические реформы, к примеру, заменил тюрбаны галстуками.

Поскольку Реза во время Второй мировой войны сблизился с Гитлером, ему пришлось отказаться от власти в пользу своего сына. В год ухода Реза-Шаха разрослось протестное движение, пик которого пришёлся на конфликт вокруг нефти и приход к власти доктора Моссадеха. Путч 1953-го года разбил это движение. С тех пор движения организовывались только в подполье. В 1960-х произошли первые партизанские акции. Ответом шаха, которого к тому вынудило правительство США, была земельная реформа, вошедшая в историю как Белая революция. Самыми решительными врагами реформы были священники, которые, как и европейское духовенство перед Просвещением, обладали огромными земельными владениями. Тогда Хомейни выступил организатором протестов, требовавших исламского порядка. Движение Хомейни было разбито, Хомейни удалился в изгнание в Наджаф.

Даже если земельная реформа принесла шаху много союзников в сельских местностях, продолжение владычества диктаторскими методами привело к тому, что режим не мог исправить свои недостатки и протесты начали разрастаться снова. Многомиллионное протестное движение на иранских улицах в 1978-м и 1979-м годах привело к свержению режима шаха. При помощи Запада Хомейни смог вопользоваться этой энергией и создать исламистский режим. Все надежды на свободу и иллюзии населения испарились, как в пустыне. Continue reading →

by olladij

All you can eat

(и ещё одна старая, но актуальная тележка)

Ян Гербер, немецкий левый еженедельник Jungle World

Веганские защитники прав животных представляют собой желение объявить природу в образе животного как контр-проект к испорченной и декадентской цивилизации. Вместо людей они хотят освобождать живтоных.

Несомненно: отношения между человеком и природой устроены как угодно, но не разумно. Ответсвенны за это, однако, ни аппетит противных мясоедов, ни мороженщик на углу улицы, ни дива в мехах. Соответсвенно, отношения не улучшатся и тогда, когда леворадикальные коммунальные квартиры держат свои холодильники свободными от колбасы, учителя начальной школы собирают подписи за вегатерианское школьное питание или Памела Андерсон снова фотографируется под лозунгом «Лучше голышом, чем в мехах». Так же как и тоска по жизни в лесах, которая, вероятно, скрывается за деятельностью некоторых групп защитников животных, сегодняшние тоношения между человеком и природой являются результатом диалектики процесса цивилизации. Веганские друзья животных могли бы это знать, если бы не цитировали постоянно из трудов Адорно и Хоркхаймера три стандартных места, а прочитали бы соответсвующие книги. Нельзя понять Критическую Теорию, если из неё выдёргивать лишь отдельные куски текста ради обоснования веганизма.

Профанация мира, которая стояла в центре программы Просвещения, происходила параллельно с его повторным околдовыванием. Общественные отношения стали вещественно застывшими природными отношениями, второй природой. В этом процессе освобождения от первой природы человек разделил судьбу остального мира. Общество, по Хоркхаймеру и Адорно, «продолжает угрожающую природу как длительное, организованное принуждение, которое, воспроизводясь в индивидах как последовательное самосохранение, снова обрушивается на природу как общественное владычество над природой».
Чем более общественные отношения принуждения становились похожи на архаичную борьбу всех против всех, тем сильнее отсковали люди по оригиналу. Вопреки ожиданиям Маркса, они не сделали не недостигнутый идеал буржуазного общества, обещание счастья Просвещения, масштабом реальности. Вместо этого они проклинали либо то в статусе кво, что наиболее приближалось к идеалу: индивидуальность, искусственность, роскошь буржуазии либо мировой рынок, в котором уже содержалась идея безгосударственного мирового общества. Либо они мечтали о дурной реальности позавчерашнего дня – о стае, семействе, племени, крови и почве. Continue reading →

by olladij

Парадоксы прав человека

Интеграция и исключение в Современности

Роберт Курц

Это всегда были идеальные принципы, во имя которых начинали двигаться армии, убивались люди, опустошались земли и разрушались города. Последняя мировая сила, США и их вассалы, не являются исключением: вместе с авианосцами, танками и боевыми вертолётами инвазионной армии против Ирака снова мобилизируется и идея прав человека, чтобы предъявить миру легитимационный мандат. Странно только: критики этой акции также ссылаются на эту идею. Те миллионы людей, которые по всему миру демонстрировали против планов войны, не говорят на языке, отличном от языка правительства США. Когда речь заходит о принципах, то Ноам Чомски говорит то же самое, что и Джордж В. Буш. Во имя прав человека бомбы падают с неба, и во имя прав человека заботятся о жертвах и утешают их.

Обычно критики говорят, что реальность не соответствует идеалам. Если есть человеческое право на жизнь и телесную неприкосновенность, то как можно смиряться с тем, что посредством военного вмешательства Запада убивается больше людей, чем посредством жестокостей диктаторов и террористов? США — как говорят — используют права человека лишь как прикрытие для совершенно обычных властных и экономических интересов: их интересует не положение населения, а нефть. А поэтому — таково продолжение аргументации — используются двойные стандарты: повсюду, где диктаторы ведут себя примерно и, к примеру, разрешают на своей территории размещать боевые вертолёты США (как Турция и Саудовская Аравия), самозваная мировая полиция ничего не имеет против грабежа, преследования и убийства целых групп населения или против диктатуры. Continue reading →

by olladij

Китай: трудовые новости и типа того

Пришлось в принудительном порядке вдруг полюбить Китай. Если компартия завалится на своём актуальном курсе, то последствия будут драматическими для всего мира (думаю, так можно сказать, хотя, чем дело кончится, как обычно никто знать не может). Так что, если кому интересно, то прошу –

 

CHINA DIGITAL TIMES

CHINA LABOUR NEWS TRANSLATIONS

ASIA MONITOR RESOURCE CENTRE

CHINA LABOUR WATCH

CHINA LABOUR BULLETIN

Это так, среди прочих.

by olladij

Испания: Каждый квартал — революционная ячейка

Торстен Мензе

Палатки разобраны, площади пусты. Протестные лагеря, неделями украшавшие города Испании, большей частью исчезли. Двенадцать недель назад в знак солидарности с массовыми демонстрациями в более чем 60 городах были захвачены центральные площади и переоборудованы под палаточные городки нового протестного движения.

Democracia Real Ya (Настоящая демократия сейчас!) и #spanishrevolution были лозунгами этого нового движения. Революции, как и ожидалось, не произошло, теперь и движение исчезло из городских ландшафтов. Многие лагеря были добровольно закончены в конце июня, последние были разобраны полицией в начале июля.

«Движение М-15», названное в честь 15-го мая, день первых массовых протестов, однако, ещё не закончилось. 19-го июля, в европейский день действий против так называемого «Евро-пакта», в Испании снова вышли на улицы почти миллион людей. В конце июля «марш возмущённых» в Мадриде завершился демонстрацией нескольких тысяч людей. До того группы активистов целый месяц разъезжали по отдалённым уголкам Испании и посетили более 300 деревень, чтобы выслушать проблемы сельского населения. Оные были записаны в манифесте, который был передан парламенту. В то же время в столице состоялся первый «Социальный форум движения М-15», на котором 300 участников изо всей Испании дискутировали о дальнейшем развитии протестного движения. С тех пор в Мадриде снова стоит небольшой лагерь, в этот раз на Прадо. Continue reading →

by olladij

Государство и будущее после-кризисного анархизма

Эрик Лорсен

[…]

Дисциплинируя государство

[…] наиболее удивительный факт за последние несколько лет – то, что государство само, кажется, стало объектом жёсткой критики для тех самых элит, которые его контролируют. Два года назад всё, что мы слышали, было об ужасном хаосе, в который нас ввергли банки. Теперь же всё, что мы слышим в корпоративных СМИ – как расточительным правительствам нужно перейти к кризисным бюджетам, урезать социальные службы, разбить профсоюзы и выплатить по долгам, чтобы предотвратить банкротство. И это несмотря на то, что главной причиной их бюджетных дефицитов являются не пенсии для стариков, а коллапс сбора налогов по причине глобальной рецессии. Мы в первый раз услышали об этом в начале 2010-го года, когда странами, на которые совершались нападки, были мелкие нации вроде Греции, Италии и Ирландия. Теперь мы слышим то же самое о более крупных формированиях, таких как Великобритания, Франция и США.

Примечательной тенденцией, о которой много не рассказывали, было то, что ведущие финансисты стран “большой двадцатки” собрались в октябре, чтобы обсудить как оживить Международный Валютный Фонд. МВФ бездействовал и потерял большую часть своего влияния после того, как Аргентина, Россия и страны Восточной Азии предприняли шаги для окончания своей зависимости от фонда, но вдруг обрёл новую жизнь, когда кризис разразился в Греции. Так, G20 выделили ему ещё больше денег и заявили, что им хотелось бы, чтобы МВФ играл новую роль – роль полицейского, дисциплинирующего страны, которые не содержат свои бюджеты в порядке и не избавляются от таких ненужных мелочей как пенсии и социальные службы. Это включает страны всех размеров, даже самые большие. Ещё не ясно, как G20 переформирует МВФ, но понятно, что цель в том, чтобы использовать его для того, чтобы отдельные правительства с этого момента следовали Вашингтонскому консенсусу ещё более тесно.

Давайте поставим это в контекст. Важно помнить, что государства, в современном смысле, никогда не существовали сами по себе. Начиная с самого их появления в эпоху Возрождения, они всегда существовали как взаимно поддерживающие части одной системы, сначала посредством дипломатических альянсов и сетей полиции, армий и торговой кооперации, позднее – посредством таких организаций как ООН, МВФ, Мировой Банк, Международная Торговая Организация, Варшавский Договор и НАТО. Государства нуждаются друг в друге, чтобы выжить. Огромные финансовые институты являются частью этой системы, ибо служат кредиторами для различных государств. Сегодня, экономический кризис ослабил отдельные государства. Финансовые силы, которые обычно выглядывают из-за трона, получают более явный контроль. И так, система государств всё более сплачивается и становится более дисциплинирующей. В то же самое время, связь между правительством и бизнесом продолжает размываться. Валютные фонды и центральные банки, самые важные государственные институты современного капитализма, организованы таким образом, что превосходно отражают желания и мысли банков коммерческих. Одной из самый важных тенденций последних нескольких декад является то, что центральные банки полечили большую политическую независимость, сократив объём контроля, которым могут обладать над ними выборные члены правительства.

То же самое происходит и в других частях корпоративного сектора. Наибольшими лицемерами или наибольшими дураками на политической арене сегодня являются консерваторы “малого правительства”, утверждающие, что верят в то, что государство может отказаться от всякого вмешательства в экономику, кроме охраны собственнических прав. Факт тот, что государство и капитализм связаны сегодня более, чем когда-либо, поскольку в таких критических областях как энергетика, аграрный бизнес, транспорт и, конечно, оборона, бизнес зависит от поддержки правительства, правовой защиты и даже защиты физической для того, чтобы существовать и приносить прибыль.

Роль одного отдельного государства, США, развивается по двум примечательным новым путям, оба из которых могут быть сведены к последствиям террористических аттак 11.09.2001. Continue reading →

by olladij

Частное и общее

Элементы критики государства, включающие в себя гимны Гегеля

Франц Шандл (Streifzüge Nr. 49, 2010)

Вопрос, чем является государство, чрезвычайно важен. Наше видение должно быть ещё раз обобщено и отточено в некоторых моментах. Конечно, всё это бегло и не может заменить всеобъемлющего исследования. И ни в коем случае речь не идёт о систематическом подходе, но, всего лишь, о «вылазках».

Георг Вильгельм Фридрих Гегель рекомендует в §274 (на самом деле, §272 — прим. перев.) своей «Философии права», как минимум, славословие: «Поэтому государство следует почитать как нечто божественное в земном и понимать, что если трудно постигнуть природу, то ещё бесконечно более трудно постигнуть государство». От этой аффирмации мы хотим отчётливо дистанцироваться. Предаться в руки Господа не является нашей целью, а как раз наоборот. Но осторожно: быть против капитализма, разрешено быть каждому и каждой, но выступать против государства, т. е. быть врагом государства, всё ещё считается преступным намерением.

Буржуазный характер

В наших предыдущих исследованиях мы определяли политику как обобщение, а государство как общее буржуазной общественности. «Политика как буржуазное обобщение служила тому, чтобы создать из общественного беспорядка порядок, который и может выступать как обособленное общее». «Т.е. государство действует над всеми классами в смысле капиталистической формации, он не является учреждением буржуазии, но учреждением всех капиталистических отношений. Эту разницу следует всегда держать перед глазами, когда речь идёт о буржуазном государстве. Буржуазное государство — это не государство буржуазии, а государство капитала. Буржуазное означает, что государство устанавливает и вынуждает своих граждан к их ролям обладателей товаров в свободе и равенстве». (Франц Шандл, Смена курса на тонущем корабле. Государство и его исторические границы, Streifzüge 1/2000)

Так, государство и политика являют собой две стороны одной взаимосвязи. «Понятие государства предполагает понятие политического», пишет Карл Шмитт (Понятие политического, 1932). А Никлас Луман считает: «Государство становится точкой референций универсализации политики. Добрая воля подтверждается приверженностью к ‘ценностям`. (Никлас Луман, Политика как общество, 2000) И они правы.

Буржуазный характер государства не подлежит сомнениям, но как классовое государство понять его нельзя. Буржуазное следует расшифровывать как касающееся общественной формации, категория эта не может быть зарезервирована за определённым классом производственных отношений. Разумеется, государство зачастую представляет классовые интересы (и в особенности, буржуазные!), но не это, во-первых, описывает его сущности, а во-вторых, это касается не только буржуазии, но и всех «зависимых» классов, слоёв и фракций.

Continue reading →

by olladij

Что-то сталося со мной…

Перестал понимать смысл (или посыл — как угодно) любимой некоторыми борцунами и борцунихами с капитализмом картинки, встречающейся в природе либо под кодовым названием «Capitalism kills», либо «Capiltalism ™». Той, где один схематичный человечек целит другому такому же в башку из пистолета. Типа, продвинутые активисты и активистки объясняют с её помощью дремучим народным массам всю деструктивную и антигуманную сущность капитализма. Типа вот:

Но до меня не доходит. Что это за твари и почему одна целит другой в кругляшок башки из пистолета? Зачем нахуй? Шо это, вообще? Агит-картинка, кажется, ещё более тупая, чем криво переведённый стенсил «Too many cops / too little justice».

Стенсил хоть был честно запорот двоечниками-антифа и тру-онорхыстами, страждущими, видимо, ещё большего количества судей, прокуроров и тюрем.

Но «Capitalism kills», кажется, не был даже зачат в присутствии мыслительных процессов. Возможно, это просто я постепенно пропил мозг. Буду благодарен помощи в этом вопросе и мудрым разъяснениям.

by olladij

Индивид, общество и государство

Эмма Голдмэн

From: The Place of the Individual in Society, Chicago: 1940.

Умы людей в смятении, т.к. кажется, что качается самый фундамент нашей цивилизации. Люди теряют веру в существующие учреждения, а наиболее сообразительные понимают, что капиталистический индустриализм работает против целей, которым он, якобы, служит…

Мир не уверен в выборе путей выхода. Парламентаризм и демократия переживают упадок. Спасение усматривается в фашизме и других формах «сильного» правительства.

Борьба противоположных идей, происходящая сейчас в мире, включает общественные проблемы, требующие немедленного решения. Благоденствие индивида и судьба человеческого общества зависят от правильного ответа на те вопросы. Кризис, безработица, война, разоружение, международные отношения и т.п. – среди тех проблем.

Государство, правительство с его функциями и властью, является сейчас объектом живого интереса для каждого мыслящего человека. Политическое развитие во всех цивилизованных странах принесло этот вопрос в дом. Должны ли мы иметь сильное правительство? Предпочтительнее ли демократия и парламентское правление, или фашизм того или иного толка; диктатура — монархическая, буржуазная или пролетарская — является ли решением для болезней и трудностей, навалившихся сегодня на общество?

Иными словами, лечить ли нам болезни демократии ещё большей демократией, или мы должны разрубить гордиев узел народного правления мечом диктатуры?

Мой ответ: ни то, ни другое. Я против диктатуры и фашизма, равно как я против парламентских режимов и так называемой политической демократии.

Нацизм справедливо называют атакой на цивилизацию. Эта характеристика применима также и ко всякой форме диктатуры; в самом деле, ко всякому угнетению и принудительному авторитету. Ибо что такое цивилизация на самом деле? Весь прогресс, в сущности, был расширением свобод индивида с параллельным сокращением авторитета, наложенного на него внешними силами. Это подходит как к сфере физического, так и к политическому и экономическому существованию. В физическом мире человек дошёл до того предела, когда он подчинил силы природы и заставил их служить ему. Примитивный человек вступил на дорогу прогресса, когда он впервые зажёг огонь и так победил тьму, когда он заковал ветер и обуздал воду.

Какую роль играл авторитет или правительство в человеческом стремлении к улучшению, в изобретении и открытиях? Вообще никакой, или, по крайней мере, никакой полезной. Это всегда был индивид, который создавал каждое чудо в этой сфере, и обычно супротив запретов, преследований и вмешательств авторитетов, человеческих или божественных.

Подобным же образом, в политической сфере путь прогресса лежит во всё большем удалении от авторитета племенного вождя или клана, от князя и короля, от правительства, от государства. Экономически, прогресс означал всё большее довольство для всё большего количества людей. В культурном плане, он обозначал результат всех других достижений – большую независимость, политически, умственно и психически.

Continue reading →

by olladij

Анархизм в 21-м столетии?

Вызовы, возможности, перспективы

Габриэль Кун

Анархистское движение по всему миру набрало такую силу, какая не приходила к нему с начала 20-го века. Кризис марксизма ответственен за это так же как и целый ряд новых социальных конфликтов (атипичные формы занятости, изменения климата и т.д.), равно как и относительно сильно анархистское движение в США, которое, возможно, ироничным образом вдохновляет по всему миру из-за гегемонии американской культуры.

Говоря в целом, самым большим вызовом для анархистской политики остаётся тот же самый, который был всегда: собственно, найти ответ на вопрос, каким образом можно преодолеть государство и капитал, или как можно создать сообщества, которые на основе равенства и солидарности сделают возможным свободное индивидуальное развитие. Соответствующие дискуссии характеризуют анархистское движение уже давно и будут и в дальнейшем.

В рамках этой статьи этот вопрос не решится. К тому же, я считаю, что соответствующие ответы могут возникнуть лишь из анархистской практики. В этом смысле мне хочется обратить своё внимание здесь прежде всего на вызовы, которые касаются самого анархистского движения – вызовы, за которые ответственны большей частью мы сами и которые оставляют нам относительно большую площадку для действий.

При этом я думаю о тех противоречиях, которые возникают в движении с эгалитарными и антиавторитарными претензиями, являющегося большей частью мужским, белым и коренящимся в средних классах развитых промышленных стран. Это верно не только современного анархистского движения, но и части его истории. Практически все известные представители анархизма были белыми мужчинами (такие исключения как Луиза Мишель, Люси Парсонс, Вольтарина де Клер или Эмма Голдмэн скорее подтверждают правило) и большая часть из них происходила из социально и экономически привилегированной буржуазии или даже из аристократии. Это верно интернационально — возьмём, к примеру, Михаила Бакунина и Петра Кропоткина — как и в немецко-язычных странах — и тут происходят двое самых известных представителя, Густав Ландауэр и Эрих Мюзам, из буржуазных семей. Корни анархизма в развитых индустриальных обществах издавна подчёркивались его марксистско-ленинистскими критиками, которые оговаривали анархизм как «феномен (мелкой) буржуазии». Я не думаю, что эта критика касается сути анархизма (иначе я не стал бы выступать за это движение), но она касается болезненного момента, нуждающегося в само-критичном анализе.

Continue reading →