Archives

by olladij

Антифа как самозащита, а не самоцель

[И снова на нашем канале Revolution Times, начало 2000-х, из серии «как мы пришли к тому, к чему мы пришли». А что, собственно, произошло? Ну, для контекста: нацистский беспредел 90-х годов, в особенности в Восточной Германии, сильно попортил имидж ФРГ на международной арене и заколебал праивтельство настолько, что оно релило взяться за дело и моблизировало так называемое гражданское общество. При этом оно продолжнало демонтаж Югославии и усложнять жизнь иностранцев и беженцев. Тем не менее, для части антифашистского движения это было возможностью влиться в “широкие народные массы”, поживиться кой-какими ресурсами и продвинуть кое-где свою политическую повестку. Революционно-автономной части антифы это сильно не понравилось и движение раскололось, а антифашизм лишился своих острых зубов и стал с тех пор тем, каким мы и знаем его сейчас – за всё хорошее, против всего плохого, т.е. за капитализм без нацистов… Перетащил к себе с заархивированного сайта yaroslavl.antifa.net, чтоб было для коллекции. Чего добру пропадать, верно же? – liberadio]

«Антифашизм является обороной без политического
видения. Он не может заместить собой
отсутствующую программу и несуществующие
представления о другом обществе.»
Антифа-календарь, 2001 г.

Что антифа и большая часть левых рано или поздно переживёт подобную катастрофу, как летом 2000 г., по нашему мнению, можно было уже давно предвидеть. С заката государственно-капиталистических государств в восточной Европе левые значительно убавили в весе не только численно, но и идейно. Крушение Восточного Блока и неверная оценка его экономической и общественной системы завели большую часть левых в кризис, которого могло и не быть, который всё же настал из-за неверной оценки и перспективы. Многие левые ретировались, если не отчаялись окончательно, в спокойные ниши и на родовые пастбища (прежде всего движение антифа и анти-АЭС). На протяжение лет антифа и левые находятся в обороне. Антифа реагируют большей частью только на активность нацистов, дают им определять свой календарь политических акций и не успевают, за несколькими исключениями, расставлять собственные акценты и связывать свою борьбу против нацистов и государства политически и социально с породившей их капиталистической системой.

Антифашизм, занимавшийся ещё в 70-х на краю левого спектра (а там, в частности – в «Союзе жертв нацистского режима», германской коммунистической партии, профсоюзах и «Юных социалистах») старыми и новыми нацистами, занял сразу после 1989/90 гг. всё более усиливающуюся позицию. В настоящее время антифашизм является единственной важной областью практики радикальных левых. С его помощью бесперспективность оборонного и «одно-точечного» движения объявляется перспективой, а некритичность в отношении к власти – критикой. Continue reading →

by olladij

Фетиш демократии

[Опять-таки старьё, начало 2000-х, специфический немецкий контекст. Опять-таки бордигизм, но он пытается вернуть классовую ненависть в хардкор антифашизм. Перетащил к себе с заархивированного сайта yaroslavl.antifa.net, чтоб было для коллекции. – liberadio]

Та часть левых, которая говорит о необходимости защищать «демократию» и «гражданское общество», по нашему мнению, заставляет нас уделить немного внимания образованию мифов «демократии». Так, PDS (партия Демократического Социализма Германии) преподносит себя верной конституции и называет NPD (Национально-демократическая партия Германии) «антиконституционной». В [журнале] «Reinblick», №1, январь 2001 г. PDS вопрошает: «насколько распространяются конституционные права на врагов демократии?» и доказывает тем самым в очередной раз своё полнейшее политическое банкротство перед буржуазной конструкцией «демократии».

Политическая форма или маска, которую надел капитализм, это – парламентская демократия. «Демократия» служит условным наименованием или маской-характером капитализма. Однако, как демократия, так и фашизм являются лишь формами организации капиталистического общества. Они покоятся на тех же самых противоречиях, и экономическая ( а следовательно, и политическая) власть находятся в тех же руках. Каждое капиталистическое государство – это диктатура, фашистское – более открыто, демократическое – более скрыто. Большая часть людей лишена права экономических и политических решений и отстранена от контроля над своей жизнью и её вопросами. Парламентские выборы представляют собой только демократическое алиби власти капитала в ФРГ. Мы можем приобрести действительное влияние на наши жизни, только если нарушим правила и станем заботится о своих делах сами.

В отличие от фашизма или времён военных диктатур парламентская демократия предоставляет рабочим, вообще-то, определённые гражданские права и свободы. Использование многих из этих свобод и прав остаётся, однако, для большей части рабочего класса лишь мечтой, т.к. отсутствуют необходимые для этого деньги или необходимые возможности. Кроме того, демократический сектор кончается при капитализме буржуазно-демократической фазы у ворот фабрики, за ними царит командование шефа или менеджера. Хотеть изменить это в рамках системы, т.е. добиться «настоящей демократии» – это иллюзия, которая скрывает классовый характер буржуазной демократии, и на которую опираются власть имущие. Т.е. они хотят даже касательно нашей борьбы диктовать нам условия и правила игры. Continue reading →

by olladij

Характер фашизма и история с точки зрения буржуазии

[Искал вообще-то свой старинный перевод такого кошерного исследователя фашизма как Цеев Штерхель, ибо умер дяденька на днях. Текста о феерическом французском фашизме не нашёл, зато на заархивированном сайте yaroslavl.antifa.net нашёл вот это. Не согласен с попытками приуменьшить роль антисемитизма у нацистов, но бордигисты такие бордигисты, что с них взять? – liberadio]

 

«Социальный вопрос – это проблема не тарифных договоров, но проблема воспитания

и муштры», Лей, председатель Германского трудового фронта;

«Столь выгодной и замечательной возможности для
развития настоящего предпринимательства непредставлялось
за все последние десятилетия», национал-социалистский
министр экономики Вальтер Функ в феврале 1938 г.

Характер фашизма, который умело связал капиталистческо-индустриальную современность с реакционным мракобесием идеологии «крови и почвы», также укорачивается и лишается своего действительного классового характера в буржуазном представлении, как и многие другие события. Фашистский миф о нации, сплотившейся за Гитлером и располагавшей лишь немногими мужчинами, пытавшимися организовать «восстание совести», должен, также ввиду отсутствия альтернатив, примирять с буржуазной политикой, которая сегодня решительней, чем когда-либо, делает вид, что прошлое нацистской диктатуры было для неё уроком. Тоталитаризм экстремистской середины, уравнивающий фашизм и социализм, должен поучать нас, что «свободная рыночная экономика» и «буржуазная демократия» представляют собой наилучшую систему, которая только возможна, и что «нам» ещё никогда не было так хорошо. То, что так же и демократический капитализм означает эксплуатацию, отчуждение, контроль, войну, репрессию и демонтаж социальной системы, это мы, однако, переживаем ежедневно. Но демократический тоталитаризм, несущий чушь о «конце истории», пытается продемонстрировать нам безальтернативность капитализма и должен по логике наименьшего зла сделать демократический капитализм приемлемым.

Поэтому так важно, наперекор всей исторической лжи буржуазии, выявить настоящий (классовый) характер фашизма. Буржуазные историки и политики имеют обыкновение представлять нам фашизм и его преступления как нечто «необъяснимое» и «иррациональное», что было порождено мозгами нескольких несчастных «глупцов» вроде Гитлера. Это представляется так, будто Германия была использована «сумасшедшим вождём» собственных целях. Вместо того, чтобы говорить о германском империализме, буржуазный историк рассуждает о «Гитлере» или о «немцах». При этом Гитлер – лишь один из представителей германского империализма, вторая мировая война и антисемитизм всё же не были порождениями его мозга. Так же зачастую речь ведётся о фашистской, а не об империалистской агрессии. После 1946 года политика союзников была отмечена тем, что на немецкий народ была взвалена коллективная виновность в фашизме. Он (народ) должен был быть наказан за «своего» диктатора, а не немецкие концерны, оказывавшие NSDAP широкомасштабную поддержку и наживавшиеся на её политике (тут не могут обмануть даже роспуск IG Farben и обвинение некоторых фабрикантов в нюрнбергских процессах).

Такие схемы объяснения как «один народ, одна империя, один сумасшедший» не помогают нам и ничего не объясняют. Они сводят всё к персоне Гитлера и сохраняют, таким образом, миф нацистов о «великом вожде». А что неизвестно, того ни объяснить, ни бороться с ним нельзя. По нашему мнению, для нас должно быть важно не понимание Аушвица (Освенцима), но понимание того, как это могло случиться. Только это понимание поможет нам предотвратить подобные преступления в будущем. Continue reading →

by olladij

„…den Entschluss zu fassen, die Freiheit zu denken“

Eine Hommage an Simone Weil

von Seepferd

Angeblich war sie das alles gleichzeitig: Anarchistin, Marxistin, scharfe Kritikerin von Marxismus und Anarchismus, politische Philosophin, Mittelschichtstochter, ungelernte Arbeiterin, Jüdin, Skeptikerin, katholische Mystikerin, Feministin, Pazifistin und militante Antifaschistin. Vermutlich konnte sie das alles sein – und zwar gleichzeitig –, weil sie nichts davon sein wollte. Nichts ausschließlich. Das muss man sich trauen. Vermutlich ist das auch der Grund, warum so wenige mit ihr was anfangen können. Die KatholikInnen zerren sie auf ihre Seite, die AnarchistInnen beanspruchen sie für sich. Die einen meinen, irgendwo in ihrem recht kurzen Lebenslauf „Brüche“ ausmachen zu können, wo und aus welchen Gründen sie sich vom sozial-revolutionären Engagement in die religiöse Kontemplation zurückgezogen hätte; die anderen betonen vielmehr die „Kontinuitäten“: die Rückbesinnung auf christliche Ethik würde dem Engagement für alle Unterdrückten dieser Erde nicht widersprechen. Das Bildungsbürgertum gedenkt ihrer in periodischen Abständen: Es ist ja längst kein Tabu mehr, ein wenig (selbst)ironisch über tote Revolutionäre und andere Verrückte zu sprechen. (1) Man (ge)braucht sie, ähnlich wie Albert Camus, zur Selbstvergewisserung, ohne angeben zu können, wessen man sich eigentlich vergewissert und wie ernst es gemeint ist. (2) Eine Kuriosität also, „rote Jungfrau“, weiblicher Nietzsche, durchgeknallt und letztlich für nichts nütze. Ich persönlich trage das Interesse an der Person Weil schon lange mit mir herum, es hätte womöglich ein Vortrag in den Räumen am Josef-Stangl-Platz in Würzburg werden können, doch dazu kam es nicht. Und das ist vielleicht besser so. Nun scheint es mir abseits von runden Daten und irgendwelchen Jubiläen angebracht, bei einer dermaßen unpraktisch veranlagten Person nach gesellschaftlicher Praxis nachzufragen.

Jedes noch so dünnes Büchlein über sie bzw. von ihr ist, wie z.B. „Anmerkungen zur generellen Abschaffung der politischen Parteien“, mit einer kleinen biographischen Notiz versehen. Es ist also bei ausreichendem Interesse nicht schwer, Simone Weil historisch und ideengeschichtlich einzuordnen. In aller Kürze also, obwohl ich es nicht schaffe, das unterhaltsamer als Antje Schrupp 2009 (3) oder Heinz Abosch 1990.

Simone Weil wurde 1909 in einem guten bürgerlichen Haus in Paris geboren, hatte jüdische Wurzeln, genoss gute Ausbildung und wurde schließlich Lehrerin für Philosophie. Interessierte sich für Politik und soziale Kämpfe, zeigte sich solidarisch mit Arbeitern und Arbeitslosen, was ihr den Ruf der „roten Jungfrau“ einbrachte. Sie trat anarchistischen Zirkeln und revolutionär-syndikalistischen Gewerkschaften bei und las kommunistische Zeitungen, stritt sich mit Trotzki und de Beauvoir. „Die Erfahrung hat gezeigt, dass eine revolutionäre Partei sich wohl, nach einer Formel von Marx, des bürokratischen und militärischen Apparats bemächtigen kann, aber sie kann diesen nicht brechen. Damit die Macht wirklich an die Arbeiter übergeht, müssen diese sich vereinigen, nicht nur entlang illusionärer Verbindungen, die von einer Ansammlung gleicher Meinungen ausgehen, sondern entlang wirklicher Verbindungen einer Gemeinschaft, die auf derselben Funktion im Produktionsprozess basiert“, schreibt sie Anfang 1930er gegen die Bestrebungen des Komintern, Gewerkschaften anzuführen. (zit. nach Jacquier 2006, S. 86) Gleichzeitig aber zutiefst individualistisch: „Denken wir daran, dass wir dem Individuum, nicht dem Kollektiv den höchsten Wert beimessen. (…) Nur im Menschen als Individuum finden wir Voraussicht und Willenskraft, die einzigen Quellen einer effizienten Aktion. Aber die Individuen können ihre Anstrengungen vereinigen, ohne dabei ihre Unabhängigkeit zu verlieren“. (zit. nach Jacquier 2006, S. 104) Continue reading →

by olladij

Meinst du, der Feind meines Feindes ist mein Freund?

(in der Mai-Ausgabe des Conne Island Newsletters, CEEIEH #257 erschienen. – liberadio)

Buchrezension von Jörg Kronauers »Meinst du, die Russen wollen Krieg? Russland, der Westen und der zweite Kalte Krieg«

Eines der wenigen Dinge, an die ich mich, ehrlich gesagt, überhaupt noch aus meinem Studium der Politikwissenschaft erinnere, ist, dass es immer die Dümmsten waren, die nach morgendlicher Spiegel Online-Lektüre in den Seminaren zu den Internationalen Beziehungen am lautesten über die sog. Außenpolitik schwadronierten. Der Maßstab des Themas korrespondiert nicht unbedingt mit der Größe der Erkenntnis. Und wenn doch, dann meistens umgekehrt proportional. Es lässt sich bekanntlich am bequemsten – vorzugsweise von expertenhaften Gesichtsausdrücken und Gesten begleitet – fachmännisch, äquidistant, wissenschaftlich eben über das ›Weltwetter‹ schwadronieren, wenn man/frau eh nichts fürs ›Wetter‹ kann. Da sah man/frau beides bereits in ein und derselben Gestalt: Die politisch interessierten BürgerInnen am Frühstückstisch und den PolitikexpertInnen vom Frühstücksfernsehen, die sich beim Käffchen in die Rolle mal der einen, mal der anderen Regionalmacht unverbindlich einfühlen.

Dem konkret-Autoren und Redakteur von german-foreign-policy.com Jörg Kronauer wird man mit so was natürlich nicht gerecht. Trotz des pathetischen Jewtuschenko-Zitats im Titel und des Verweises auf einen angeblichen »Kalten Weltkrieg«, ist das Buch voll mit wertvollen Hinweisen rund um den Konflikt Russland vs. die NATO bzw. ›der Westen‹ gespickt.

Im Schnelldurchlauf und dennoch faktenreich skizziert er die historische Entwicklung und die Grundlinien der aktuellen Russlandpolitik Deutschlands und der USA. Alles wertvolle Hinweise, die öfters in der Debatte fehlen und die vorschnell zur Dämonisierung Russlands verleiten. Was die deutsche Ostpolitik angeht, fängt Kronauer merkwürdigerweise erst in der Weimarer Zeit an, als sich Teile der deutschen Bourgeoisie mit dem jungen sozialistischen Russland arrangieren mussten, weil ihnen ihre Geschäftsbeziehungen aus der Zarenzeit drohten flöten zu gehen. Das ist eben die Konfliktlinie zwischen verschiedenen Bourgeoisiefraktionen, die sich durch die gesamte Geschichte der deutschen Russlandbeziehungen zieht und manchmal abenteuerliche ideologische Formen annimmt: Mit dem ›Westen‹ zusammen den ›wilden Osten‹ kolonisieren, mit Russland gegen den verhassten Rest von Europa oder gar im Alleingang gegen den Rest der Welt Mist an allen Fronten bauen? Selbst nach dem desaströsen Ausgang des Zweiten Weltkrieges,, formierten sich mit der Gründung der BRD in den 1950er Jahren wirtschaftliche Interessengruppen im sog. Ost-Ausschuss, die Handelsbeziehungen mit dem sog.sozialistischen Ostblock anstrebten. Dabei unterstützte man immer gerne nationalistische Zentrifugalkräfte wie z.B. den ukrainischen Nationalismus bzw. die exilierten Überreste der »Ukrainischen Befreiungsarmee«, der faschistischen Kollaborateurentruppe OUN-UPA. Wie diese politische Unterstützung mit der Arbeit des Ost-Ausschusses konkret zusammenhing, verrät uns Kronauer nicht. Er schildert aber deutsche Versuche, die kollabierte wirtschaftliche und die geschwächte außenpolitische Lage der zerfallenen Sowjetunion auszunutzen und ehemalige Teile davon in den eigenen Einflussbereich hineinzuziehen – wie es z.B im Fall der Ukraine trotz florierender wirtschaftlicher Zusammenarbeit mit Russland 2014 passierte. Continue reading →

by olladij

Aus: Simone Weil, “Über die Ursachen von Freiheit und gesellschaftlicher Unterdrückung”, Zürich, 2012

(Reflexions sur les causes de la liberte et de l’oppression sociale, 1934)

 

Tatsächlich erklärt Marx ausgezeichnet den Mechanismus kapitalistischer Unterdrückung; er erklärt ihn aber so gut, dass man sich kaum vorstellen kann, wie er aufhören könnte zu funktionieren. S. 12

Die Arbeiterbewegung konnte die Illusion der Macht erwecken, solange sie dazu beitrug, die Reste des Feudalismus zu beseitigen oder die kapitalistische Herrschaft zu errichten, sei es in Form des privaten Kapitalismus oder in der des Staatskapitalismus, wie dies in Russland geschah; jetzt wo sie auf diesem Gebiet ihre Funktion erfüllt hat und von der Krise vor das Problem der wirklichen Machtergreifung durch die Arbeitermassen gestellt wird, zerfällt sie mit einer Schnelligkeit, die alle, die an sie geglaubt hatten, mutlos macht. Auf ihren Trümmern spielen sich endlose Kontroversen ab, die sich nur durch die zweideutigen Formeln befrieden lassen, weil unter all denen, die immer noch von Revolution sprechen, kaum zwei mit diesem Begriff dasselbe verbinden. Revolution ist ein Wort, für das getötet wird, für das gestorben wird, für das die Volksmassen in den Tod geschickt werden, das aber keinen Inhalt hat. S 30f

Ganz allgemein haben die Blinden, die wir heute sind, kaum eine andere Wahl als die zwischen Abenteuern und Kapitulation. S. 38

Der Herr muss den Knecht gerade deshalb das Fürchten lehren, weil er von ihm gefürchtet wird, und umgekehrt; das gilt auch für rivalisierende Mächte. S 43 Continue reading →

by olladij

Zwei Audiomitschnitte für zwischendurch

Der eine ist etwas älter: April 2016, ein Vortrag über Gustav Landauer und den Geist der Revolution beim Radio Corax aus Halle.

Hier ist der Ankündigungstext: “Es hat in Deutschland in der Zeit seiner größtem Gottferne einen Mann gegeben, der wie kein anderer Mensch dieses Landes und dieser Stunde zur Umkehr aufrief. Um einer kommenden Menschheit willen, die seine Seele schaute und begehrte, stritt er gegen die Unmenschheit, in der er leben musste“, – so schrieb der chassidische Philosoph Martin Buber 1919 über seinen Freund, Publizisten und Volksbeauftragten der Bayerischen Räterepublik Gustav Landauer (1870 – 1919). Dieser gilt als einer der bekanntesten deutschsprachigen Anarchisten. Der Vortrag versucht, nicht nur an den Menschen Landauer zu erinnern, sondern auch sein umfangreiches Werk kritisch zu würdigen. Diese Aufgabe nehmen wir außerdem zum Anlass, das theoretische und praktische Erbe des „klassischen“ (also „Vorkriegs“-) Anarchismus zu reflektieren”.

MP3 hier (59,09 Mb)

Der zweite ist eine ordentlich Portion “Russophobie”, 2018 ebenfalls in Halle gehalten. Der Ankündigungstext dazu beim Grossen Thier: “Die ukrainische Krise 2014 und der darauf folgende Krieg im Osten des Landes scheinen die europäische Linke nicht weniger zu überfordern als z.B. der Krieg in Syrien. Den Krieg in der Ukraine auf die Regiemekrise in Russland von 2011 zurückzuführen, würde einen viel radikaleren Begriff von der Politik erfordern, als linke Freunde des Politikmachens ihn haben könnten. In diesem Krieg würde – je nach dem Maß der Ignoranz linker Betrachter – entweder eine bedrängte antifaschistische Schutzmacht gegen die Vortrupps der NATO und der USA oder zwei gleichwertige Faschismen gegeneinander kämpfen. In Wirklichkeit vielmehr, kämpfen zwei verbrüderte Faschismen Seite an Seite gegen etwas, wovon der europäischen (und nicht nur dieser) Linken anscheinend der Begriff abhanden gekommen ist. (Damit ist nicht gesagt, dass das russische oder ukrainische Regime direkt faschistisch wären). Nicht nur wurden die Marionettenregimes der sog. Volksrepubliken etabliert, damit alles bleibe, wie es ist, auch im Inneren der Ukraine wirken Kräfte, die mehr mit Russland zu tun haben, als es auf den ersten Blick scheinen kann”.

MP3 hier (110,8 Mb)

by olladij

Покойся в мире, “борец за мир”

[По традиции невовремя. Ссать в сапоги левым антисионистам liberadio начало ещё давно, вот, например, заметка из бородатого 2011-го года “о том, но не о том”. Тоже традиция. – liberadio]

Двадцатого августа умер выдающийся борец за всё хорошее против всего плохого, правозащитник и радикальный противник военщины. Я не о Захарченко, я о фиговом листке любого антисионистского движа, человеке поддерживавшем антисемитские убийства и ручкавшегося с самим Яссиром Арафатом – об Ури Анвери.

Анвери родился в Германии, в городе Бекум в 1923-м году и выехал вместе с родителями в 1933-м в Палестину. Был участником вооружённой террористической группы “Иргун”, сотрудничал с правыми, служил в армии, сиживал в израильском парламенте в 60х-70х годах. Выступал за арабско-еврейскую федерацию, потом за “решение двух-государств”. Жизненный опыт привёл его к политическому активизму за мир между израилсьским и арабским народами. Оно было бы правильно, если бы Анвери не обьяснял свой активизм в 2005-м следующим образом: “За последние 71 год я не пережил ни одного дня мира”. Вот так, нацистская Германия, коллективно впавшая в антисемитский психоз, и с самого своего основания обороняющийся от дружественных соседей Израиль – всё один хрен, ночь тотальной абстракции, в которой все кошки серы. Разницы между сионистами и антисеитами нет практически никакой, и те и те хотели отправить евреев куда подальше в “ад и Израиль”. Continue reading →

by olladij

Насилие и общество

[В преддверии предстоящих пьянок с мордобоем и драматичными разборками мы представляем относительно старый (1997), но довольно интересный текст австрийского коммуниста Шандла. Судя по тексту, поводом была некая вспышка политического насилия и последовавшая за ним реакция общественности. Что конкретно это было, быстро выяснить нам не удалось и мы забили на это дело. Напоминает дикие дискуссии по поводу насилия во время саммита G20 этим летом в Гамбурге. Капитализм и государственные аппараты угнетения калечат неисчислимые человеческие жизни, калечат планету, но общественность больше интересует, как можно было вообще додуматься жечь автомобили и тырить смартфоны и бухло из магазинов. И вообще всё вот это вот, это всё ВАШЕ НАСИЛИЕ, мы-то демократы, значит у нас-то его нет вовсе, ща позвоню в полицию, шоб она вас всех сначала расстреляла, а потом на урановые рудники отправила… Некоторым людям можно помочь только порцией целебного насилия. Этого мнения предерживается и liberadio.]

 

Неоднозначные размышления по поводу распространённого недопонимания

Франц Шандл

I.

Насилие служит «решением» для конфликтов в их чистейшей, начальной и конечной форме: для открытой конфронтации. Вся история человечества с точки зрения феноменологии является началом и завершением насилия. За всеми по-настоящему важными событиями оно скрывается в виде движущей силы. Насилие, таким образом, хотя и не является мотором истории, но вполне служит самым заметным моментом реализации общественного развития.

«Всякое государство основано на насилии» (Троцкий). Актуальная (Австрийская) республика, например, является выражением австрийской революции 1918-го года, а также входа союзных войск в 1945-м году. Оба события — события полные насилия. Насилия, таким образом, признание которого предшествовало данному государственному образованию. Вне сомнений: насилия прогрессивного, если сравнивать его с тем, что оно разрушило и окончило – собственно, реакционное насилие Третьего Рейха и Габсбургской монархии. Т.е. кто признаёт это государство или хотя бы видит в нём исторический прогресс, признаёт тем самым и то насилие, которое это государство породило. Короче: одобрение республики и демократии является одобрением определённых насильственных актов.

Любая государственная власть довольно грубо сменила свою предшественницу. Как говорил Карл Реннер, которого нельзя заподозрить в чём-либо дурном: «Сегодняшнее государство является переходным явлением общественного развития». Это касается и актуальной государственности. Насилие, таким образом, всегда предшествует существованию государства и является одним из условий его существования. Даже если оно не особо бросается в глаза и не выходит из берегов, оно всегда тут. То, что разрешение данного состояния должно произойти в какой-то иной форме, едва ли реалистично. Пока мы живём в предыстории человечества, верно высказывание: «Насилие есть повивальная бабка всякого старого общества, беременного новым» (Карл Маркс). Continue reading →

by olladij

Emma Goldman: “A shrewd Asiatic, this Lenin…”

[Setzen wir doch unsere Zitirerei fort. Sie ist u.A. eine Art Ablage, und wird noch in woanders – wenn sich dafür Zeit und Kraft fänden – verwurstet. Solange aber sind das hier nur ein paar Auszüge aus einer der frühesten und eindrucksvollsten Bolschewismus-Kritiken, die jemals geschrieben wurden. Das hier nimmt einem oder einer die Beschäftigung mit dem Buch nicht ab, genauso wenig befreit es von der Auseinandersetzung mit Volins “Unbekannte Revolution”, mit Bettelheims “Die Klassenkämpfe in der UdSSR, Bd. 3-4”, mit Ciligas “Im land der verwirrenden Lüge”, mit Berkmanns, Makhnos, Serges und Arschinows Erinnerungen, mit Panekoeks, Weils und Rühles Kritiken und selbstverständlich auch nicht mit Lenin und Trotzky selbst und allen Märchen, welche sich Trotz-Kisten und andere Autoritären immer noch über die Revolution in Russland erzählen. – liberadio]

Excerpts from Emma Goldman’s, “My Desillusionment in Russia”, The C. W. Daniel Company, London 1925

(p. xii) By a strange coincidence a volume of letters written during the French Revolution, and compiled by the able German anarchist publicist, Gustav Landauer, came into my hands during the most critical period of my Russian experience. I was actually reading them while hearing the Bolshevik artillery begin the bombardment of the Kronstadt rebels. Those letters gave me a most vivid insight into the events of the French Revolution. As never before they brought home to me the realization that the Bolshevik regime in Russia was, on the whole, a significant replica of what had happened in France more than a century before.

(p. xv) The Russian Revolution is a miracle in more than one respect. Among other extraordinary paradoxes it presents the phenomenon of the Marxian Social Democrats, Lenin and Trotsky, adopting Anarchist revolutionary tactics, while the Anarchists Kropotkin, Tcherkessov, Tchaikovsky are denying these tactics and falling into Marxian reasoning, which they had all their lives repudiated as “German metaphysics”. The Bolsheviki of 1903, though revolutionists, adhered to the Marxian doctrine concerning the industrialization of Russia and the historic mission of the bourgeoisie as a necessary evolutionary process before the Russian masses could come into their own. The Bolsheviki of 1917 no longer believe in the predestined function of the bourgeoisie. They have been swept forward on the waves of the Revolution to the point of view held by the Anarchists since Bakunin; namely, that once the masses become conscious of their economic power, they make their own history and need not be bound by traditions and processes of a dead past which, like secret treaties, are made at a round table and are not dictated by the life itself.

(p. xxiv) My critic further charged me with believing that “had the Russians made the Revolution a la Bakunin instead of a la Marx” the result would have been different and more satisfactory. I plead guilty to the charge. In truth, I not only believe so; I am certain of it. The Russian Revolution – more correctly, Bolshevik methods – conclusively demonstrated how a revolution should not be made. The Russian experiment has proven the fatality of a political party usurping the functions of the revolutionary people, of an omnipotent State seeking to impose its will upon the country, of a dictatorship attempting to “organize” the new life. Continue reading →