«Он был намного меньше»

Ливия после смерти Каддафи

(Комментарий Йорна Шульца в Jungle World, Nr. 43, 27.10.2011)

Тарек Заваби был немного разочарован. «Он выглядел не так, как я его себе представлял. Он был намного меньше». «Предводитель революции» Муаммар аль-Каддафи 42 года подряд производил в Ливии впечатление, что он «больше, чем сама жизнь». В морге Заваби, как и многие жители Мисраты, находившейся многие месяцы под обстрелом войск диктатора, лично убедиться в том, что Каддафи действительно мёртв.

Многодневное public viewing не было особенно элегантным, но кто посещает выставки вроде «Миры тела» или рассматривает мумии и утопших в болтах в музеях, не имеет особенных причин возмущаться по поводу «варварских арабов». Очевидно, Каддафи растреляли после взятия в плен. Для диктаторов это относится к профессиональному риску. Кроме того, обстоятельства его смерти должны быть расследованы независимой комиссией — процесс, на который можно было бы ориентироваться и на Западе, что касается нераскрытых смертей в полицейских изоляторах.

Больше беспокойства вызывает то, что в споре о трупе Каддафи некоторые повстанцы не считают себя связанными приказами переходного правительства. Не стоит рассматривать это как признак грядущей гражданской войны, по крайней мере, недавно можно было прояснить, что политика командует ружьём, а Каддафи был похоронен. Но иначе, чем в Египте или Тунисе, революционеры Ливии стоят перед задачей строительства с нуля.Диктаторы и автократы региона лигитимируют свою власть отсылами к религии и нации, т.е. к идеологиям, существующим независимо от конкретного властителя. Но Каддафи создал своей наивно-реакционной «Зелёной книгой» и своими эксцентричными политическими сменами курса идеологию, заточенную лишь под его персону, которая после его смерти будет интересовать только историков и сатириков. Были и государственные учреждения, кроме репрессионного аппарата, только в рудиментарной форме. Впервые в истории Ливии должно быть найдено нечто вроде общественного договора.

В этом есть свои преимущества. Иначе чем в Египте, не будет Военного совета, который будет блокировать демократизацию, а приверженцы старого режима в борьбе за свои привилегии не смогут опираться на власть институций. Однако, нелегальных и полу-легальных профсоюзов и оппозиционных групп, которые существовали в Египте и Тунисе ещё до революции, не существует и сейчас. Нет традиции, из которой могла бы развиваться демократизация.

Тем не менее, в освобождённом Бенгази тут же возникли группы взаимопомощи, перенявшие задачи администрации. На фоне опыта диктатуры кажется логичным, выступить за права человека и демократическую систему. Но как и в других арабских странах, наилучшим образом организованная и финансируемая оппозиционная группа, исламское движение, обладает наилучшими возможностями получить влияние. Политизация населения только началась, либералам, левым и профсоюзникам нужно время, чтобы организоваться.

Перевод с немецкого.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *