Сирия: между фронтами

Томас фон Остен-Закен

27-го сентября, в тот день, в который Совет безопасности ООН впервые принял резолюцию по Сирии, по сообщениях сирийских Local Coordination Committees, 113 человек погибли насильственной смертью, т.е. в среднем столько же, сколько и в любой другой день в этом году. Со всех фронтов, с юга и с севера страны, сообщалось об ожесточённых боях между повстанцами и войсками правительства, в то время как ливанское правительство заявило, что его страна приняла уже более миллиона сирийских беженцев. Ещё пять миллионов либо бежали в другие страны, либо передвигаются внутри страны.

Но всё это в резолюции, которую генеральный секретарь ООН Бан Ки-Мун назвал «исторической», не упоминается. От президента Башара аль Асада в ней всего лишь требуется, подчинить арсенал химического оружия международному контролю, чтобы оно могло быть уничтожено. Для этого инспекторам «Организации по запрету химического оружия» скоро придётся отправиться в Дамаск. Каким образом они должны выполнить свою задачу посреди гражданской войны, в которой вооружённая оппозиция контролирует большую часть страны, об этом умалчивается.

Россия, ближайший союзник режима Асада, смогла утвердить свои позиции в ООН, т.к. правительство США уступило по всем спорным вопросам: Совет безопасности не обвиняет режим в химических атаках, резолюция не предусматривает автоматических санкций, в крайнем случае — военного рода, если Асад откажется сотрудничать. В таком случае Совету безопасности ООН придётся встречаться ещё раз, чтобы единогласно договориться о последующих действиях. Тем самым, последнее слово остаётся за странами с правом вето, Россией и Китаем, они могут заблокировать любую последующую резолюцию. А российский министр иностранных дел уже заявил, что его страна не поддержит военного вмешательства в дела Сирии.

Напротив, речь была о новой конференции за мир, которую срочно нужно провести в Женеве. Кто с кем и о чём должен на этой конференции разговаривать, остаётся неясным. Собственно, сирийская оппозиция, сколь раздроблена она бы ни была, единодушно дала понять, что переговоры с ней возможны, только если уйдёт Асад. Асад, в свою очередь подчёркивает, что уходить он не намеревается. Если год назад в европейских столицах можно было слышать, что будущее Сирии мыслимо лишь без него — то о сегодня о смене режима больше никто не говорит. Напротив, резолюция ООН адресуется существующему сирийскому правительству, требует от него сотрудничества и, тем самым, обращается с Асадом как с партнёром. Этот политический подъём может перевесить и те потери, с которыми режиму приходится мириться в военном плане. Ибо от дальнейшего стратегического применения отравляющего газа ему пока придётся отказаться, об этом позаботятся его союзники в Москве и Тегеране, если не хотят потерять своего лица.

Однако, в то, что оно выиграет эту войну при помощи обычного вооружения, в это правительство в Дамаске особо уже не верит. О военной ситуации пата, в которой находятся стороны, неожиданно обмолвился в одном интервью сирийский вице-президент, да и из громко заявленных военных наступлений режима ничего не вышло.

Оппозиционеры и группы повстанцев рассчитывали на военный удар США. Прежде всего, она надеялись, что таким образом будут выключены сирийские ВВС, от которых зависит режим, чем военное равновесие сместилось бы не в пользу режима. Теперь же ясно: в ближайшее время интервенции не будет. Напротив: Иран и Россия будут и дальше поддерживать режим, даже если, как рассказал Рейтерсу сотрудник ливанской разведки, для страдающего от интернациональных санкций Ирана всё более сложно выплачивать Сирии ежемесячно почти 700 миллионов долларов. С другой стороны, повстанцы получают деньги и оружие. Много — из стран Персидского залива для исламистов, мало — с Запада для так называемых умеренных повстанцев.

А они, вместе со всеми другими сирийцами, надеявшимися на военный удар США, до сих пор проигрывают больше всех, т.к. теперь они стоят между всех фронтов с пустыми руками. Пунктуально, в годовщину терактов против Мирового торгового центра Айман аль-Завахири объявил всем «про-западно и демократически» ориентированным повстанцам от имени Аль-Каиды священную войну. Во многих контролируемых им областях произошли ожесточённые столкновения между отрядами Свободной сирийской армии (FSA) и отдаления Аль-Каиды «Исламское государство Ирак и Левант» (ISIL). В то же время от FSA откололись 13 про-исламских групп и объявили, что признают законом Сирии лишь шариат. Так, на стороне оппозиции совместно сражаются враждующие между собой джихадисты, рассматривающие Сирию лишь как площадку борьбы за международный халифат, национально ориентированные исламисты и те организации, которые в общем смысле выступают за создание плюралистической и демократической Сирии.

Последние, всё ещё не отошедшие далеко от изначальных целей сирийских повстанцев, ведут сегодня войну на двух фронтах: против режима и его союзников, Ирана и Хизболлы, с одной стороны, и против Аль-Каиды с другой. В то же время они теряют влияние, т.к. США и другие западные государства, на чью поддержку они надеялись, предпочитают вместо этого дипломатические победы в ООН, которые в конечном итоге выглядят как последняя резолюция ООН.

После этого успеха мультилатеральной дипломатии ясно одно: война в Сирии будет продолжаться, уже разрушенная страна будет опустошаться и дальше — с использованием химического оружия или без.

Перевод с немецкого.

Jungle World, Nr. 40, 2 октября 2013 г.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *