Сирия: «Мы должны воспользоваться свободой ради более лучшего общества»

[Два месяца спустя после применения боевых отравляющих газов в пригородах Дамаска активист Сами подводит итоги. Мы говорили с ним сразу после газовой атаки, когда он активно участвовал в акциях помощи и спасения. Теперь он обобщает свой опыт и приходит к выводу, что Асад из палача превратился в партнёра по переговорам, и объясняет, почему активисты и активистки продолжат свою деятельность. Интервью проводилось несколько дней назад по скайпу Андрэ Финдом.]

Ранним утром 21-го августа в Восточной Гуте было применено химическое оружие. Что происходило у вас на следующий день в Абриле?

Сами: Это было просто ужасно, т.к. мы были совсем недалеко от происходившего. Вскоре после нападения в наш подпольный госпиталь стали привозить первых раненых и убитых. Уже на рассвете приходилось хоронить первые трупы, т.к. не было места для их хранения. Много дней подряд мы выносили из запертых домов трупы и пытались найти медикаменты для раненых. Их симптомы быстро подтвердили предполагаемое применение зарина. Но режим долго пытался отрицать, что вообще что-то произошло. Даже после всех доказательств и расследований ООН-овских экспертов по химическому оружию Асад всё ещё обвиняет Свободную Сирийскую Армию в применении боевых газов.

Как люди отреагировали на эти атаки?

Многие были в шоке. Особенно, если они были знакомы с жертвами, но и из-за ужасных кадров, заснятых в непосредственно рядом с нашими пригородами: задохнувшиеся во сне дети, семьи, найденные лишь несколько дней спустя в своих домах. Кроме того, людьми правил страх. По ночам мы герметизировали наши дома и клали рядом с кроватями мокрые полотенца. При малейшем подозрении, что снова может что-то случиться, начиналась паника. Конкретный страх уже улёгся, но нас всё ещё обстреливают из обычного вооружения.

Как вы выносите постоянные обстрелы?

Вопреки предположениям, за последние месяцы в наш город вернулось много людей. Они бежали, но увидели, что в других местностях положение не лучше. Мы просто привыкли и живём теперь с риском, что попадут в нас. Вот только грядущая зима вызывает беспокойство. Пригороды Дамаска в большинстве своём всё ещё под блокадой, что касается и продуктов питания. Лишь изредка, когда есть договорённость с солдатами на пропускных пунктах, ввозятся и вывозятся продукты. Мы стоим на пороге гуманитарной катастрофы. Режим, очевидно, использует голод как оружие против населения.

Может статься, что снова будет применено химическое оружие?

Я так не думаю. Страны Запада чуть было не напали на режим. На такой риск Асад больше не пойдёт. Он выиграет больше, если он теперь уничтожит химическое оружие.

«Кто не может привезти ни одной банки с молочным порошком в Гуту, не добьётся ничего и в Женеве»

Почему?

Асад снова воспринимается как серьёзный партнёр по переговорам и торгуется с ООН. Страны Запада согласны с тем, что он остаётся у власти, если он выдаст своё оружие массового поражения. Поэтому оно и больше ценно, если Асад его теперь уничтожит, чем если он применит его ещё раз. Режим получает достаточно обычного оружия, которое он может применять против повстанцев и мирного населения. С этим все согласны.

Какого соглашения вы ожидаете от переговоров в Женеве?

Мы с этого ничего не поимеем. Во время последней демонстрации мы критиковали оппозицию заграницей. На одном плакате было написано: «Кто не может привезти ни одной банки с молочным порошком в Гуту, не добьётся ничего и в Женеве». Эти так называемые представители сирийского народа пока ещё не добились для нас ничего. Почему мы должны надеяться, что теперь они путём переговоров избавятся от диктатуры Асада и его режима пыток, угнетения и тайной полиции?

А от заграницы?

Ситуация после газовой атаки была нашим последним шансом на то, что международная общественность предпримет что-то серьёзное ради людей в Сирии. Этого не произошло и какие причины могут быть ещё, чтобы кто-то остановил убийства? С тех пор, как стало ясно, что химическое оружие не попадёт в руки аль-Каиды, другие государства допустят даже переизбрание Асада на фальсифицированых выборах в следующем году — даже если до тех пор будет убито ещё 100 000 человек.

Как вы продолжаете заниматься своими делами в такой ситуации?

Даже если положение ухудшится, пути обратно нет. Мы не верим, что Асад сможет победить военными средствами — и даже если он победит, контроля над умами людей он больше не получит. Поэтому мы смотрим в будущее. За последние месяцы мы снова открыли школы в Абриле и проводим уроки для 4000 детей. Мы отреагировали на химические атаки тем, что организовали психологическую помощь для выживших. Затем мы хотим создать библиотеку и создать центр, чтобы снова оживить культуру в городе. Мы только-только получили свободу от диктатуры. Мы должны воспользоваться ею, чтобы создать более лучшее общество в будущем — неважно, сколько это ещё займёт.

Перевод с немецкого. Оригинал на сайте Adopt a Revolution.