Находка месяца: Самуил Маршак и Эрих Мюзам троллят социал-демократов

[Речь идёт о знаменитом стихотворении Эриха Мюзама “Der Revoluzzer”, в котором он стебает социал-демократическую шизофрению – быть, с одной стороны, левой и революционной организацией рабочих и, с другой, при этом стремиться оставить всё как есть. Что Сямуил Яковлевич Маршак некогда “покусился” на это стихотворение Мюзама, это было для меня, признаюсь, внове… Ну, и хорошо так перевёл, надо сказать. Предстоящей первомайской клоунаде посвящается. – liberadio]

Эрих Мюзам: Немецкой социал-демократии

Он мирно чистил фонари,
Но записался в бунтари
И вдоль по улице под флагом
Шагал р-р-революцьонным шагом.

Кричал он громко: "Я бунтую!"
А шапочку носил такую,
Что говорила напрямик:
Мой обладатель - бунтовщик!

Но люди с флагами шагали,
Заняв всю улицу в квартале,
Где он обычно до зари
Усердно чистил фонари.

Когда ж рабочие отряды
Решили строить баррикады
И принялись под треск пальбы
Валить фонарные столбы,

Он возмутился: "Что такое?
Столбы оставьте вы в покое!
Зачем валить их, дикари?
Я чищу эти фонари!"

В ответ раздался дружный хохот,
Потом донесся звон и грохот.
И вот защитник фонарей
Домой убрался поскорей.

И, безотлучно сидя дома,
Он написал два толстых тома:
"Как записаться в бунтари
И мирно чистить фонари".

Überlegungen zur Unmöglichkeit der Revolution im Theater

 von Good Paulman, erschienen in GaiDao Nr. 28/2013

Die Folgenden Überlegungen entstanden während einer kurzen Mitarbeit in einem kleinen Laientheater. Die Überlegungen sind als Vorschlag, als Inspiration und Arbeitsthesen gedacht und sind daher nichts Endgültiges. Sie werden diskutiert, überdacht, hoffentlich noch ergänzt oder ggf. verworfen. So quälen sie sich mit dem traditionellen Theater ab und reflektieren nicht die Potentiale des „Theaters der Unterdrückten“ nach Augusto Boal. Wir hoffen aber, dass sie Impulse für interessierte Menschen geben und zum Ideenaustausch oder gar Zusammenarbeit führen.

  1. Im Folgenden sind Annäherungen an die eventuelle Aufgabe, mit den Mittel des Theater im Theater, d.h. auf der Bühne, ein revolutionäres Ereignis darzustellen. Trotz dem, dass die Aufgabe vorerst nur gedanklich gelöst werden soll, werde ich versuchen, so weit wie möglich konkret zu werden.

  1. Eine wichtige Frage: Warum ausgerechnet ein „revolutionäres Ereignis“, lasse ich beiseite. Die Gründe dafür sind gewichtig, jedoch ist es nicht der Ort, auf sie einzugehen. Es geht vielmehr um die Frage: Wie?

  1. Nehmen wir an, das Theater wäre ein Ort der Kultur-, vielmehr der Ideologieroduktion: ein Ort der Täuschung und der Illusion. Das ist seine ganze Funktionsweise: die passiven ZuschauerInnen einer erzählten / gespielten Geschichte auszusetzen, die mit ihnen meistens nur indirekt was zu tun hat. Verlieren sich die ZuschauerInnen während der Darstellung darin, werden zum Mitfühlen und Nachdenken angeregt, ist die Aufgabe des Theaters erfüllt. Mag die Wirkung bei besonders „gut“ erfüllten Aufgaben andauern, der Bann der Illusion bricht jedoch noch vor dem Verlassen des Zuschauerraumes ab. Bereits das Klatschen befreit die ZuschauerInnen von dieser Versetzung in eine fremde Geschichte: es ist vorbei, eine Erleichterung.

Continue reading “Überlegungen zur Unmöglichkeit der Revolution im Theater”

Человек задумывается и осознаёт, что лишает его свободы…

… Это лучшее начало  для его сопротивления.

19 марта 2012 года несколько беженцев начали свой протест против законов, которые изолировали их как “не-граждан” вплоть до самой смерти. Так в первой протестной палатке Вюрцбурга была провозглашена новая эпоха сопротивления. Борьба, начавшаяся с выдвижения десяти требований, касающихся элементарных жизненных условий, распространилась ещё на одиннадцать городов Германии. 8 сентября 2012 года после шести месяцев уличных протестов беженцы решили пойти маршем на Берлин («Протестный марш из Вюрцбурга в Берлин»), выдвинув три требования: отмена Residenzpflicht (предписание о невыезде из населённого пункта регистрации), отмена лагерей и общежитий для беженцев, отмена депортационного законодательства. Дойдя до Берлина они продолжали протестовать. Сегодня, почти год с начала протестов, мы “не- граждане” боремся в трёх европейских странах: Германии, Нидерландах и Австрии, – за наши гражданские права, как люди чьи свобода и равенство неотчуждаемы.

Мы прошли тысячи километров, пробились через множество географических границ и достигли точки, из которой открывается вид на Европу без границ. Но эта картина далека от реальности, о чём мы знаем из собственного опыта. Границы существуют постоянно и только для тех, кто оказался “не местным”. После того как нас опросили на предмет нашей принадлежности, они объявили нас “нелегалами” и “не-гражданами” и вынудили нас жить жизнью, в корне отличающейся от полной уступок жизни граждан и гражданок. Наша жизнь полна страха перед депортацией, духовной смерти и потери лучших лет жизни – эта та цена, которая отбрасывает тень на наши жизни “не-граждан”. Так появляется и растёт разрыв между теми, кто постоянно пытается избежать всё новых и новых угнетающих предписаний, и теми, кто заботится о всё большем количестве уступок. Этот видимый разрыв создаётся теми самыми европейскими государствами, которые экспортируют войны, эксплуатацию, притеснение и отсутствие безопасности в другие географические регионы и создают те причины, которые вынуждают нас бежать и искать свободы в других странах. Те государства, которые поместили нас на самое дно общества как “не-граждан” и выставляют процесс получения статуса гражданина, который больше похож на лотерею, великодушным жестом с их стороны.

Мы, “не-граждане”, общность жизненных условий которых даёт нам лучшую причину бороться вместе, верим, что сможем преодолеть разрыв между гражданами и “не-гражданами” путём сплочённости и постановки общих задач. Мы можем продолжать нашу борьбу плечом к плечу в разных местах с убеждением, что право остаться и гражданские права неотчуждаемы для всех, а не представляют собой широкий жест местных государств. Борьбу, которую ведут такие как мы “не-граждане” в трёх европейских государствах за права, которые должны принадлежать всем беженцам и беженкам, независимо от места, где они находятся. Во всех лагерях для беженцев и за другими решётками все беженки и беженцы, которые верят в эти права, могут собраться и создать самоорганизованные общие собрания на местах – внутри общежития или округа. Это стало бы первым шагом в борьбе, в которой беженцы сами станут главными действующими лицами, и нашим первым шагом в превращении из “не- граждан” в полноценных граждан. “Не-граждане”, которые последний год независимо самоорганизуются, проведут первый в Европе конгресс о борьбе беженцев. Борьба свела нас друг с другом и будет таким образом продолжена. Этот конгресс – повод собраться вместе и зная свои права, сообща обсудить совместную борьбу “не-граждан” в теории и на практике.

Поэтому мы приглашаем тебя – «не гражданина», «не гражданку», беженца или беженку, сознающую необходимость изменения ситуации через солидарные и независимые протесты, принять участие в конгрессе с 1 по 3 марта 2013 года.

КОНТАКТЫ:

refugeecongress@gmail.com(на любом языке)

Ashkan 0176 798 379 11 (английский, фарси)

Houmer 0152 162 48107 (английский, фарси)

www.refugeecongress.wordpress.com 

1-3.3.13: Приглашение организационного комитета независимых протестующих беженцев

Призыв к встрече и совместной работе на конгрессе протестующих беженцев в Европе с 1-го по 3-е марта 2012 г. в Мюнхене

postercongressfinal1С 19-го марта 2012 г. мы, беженцы, боремся за элементарные человеческие права, за свободу и равенство, т.к. мы хотим, чтобы с нами обращались не как с «иностранцами» и людьми третьего сорта, а как со всеми нормальными гражданами. Эта эра нашей борьбы началась с маленькой палатки в Вюрцбурге и разрослась до крупного движения, распространившегося по всей Европе.

Эта долгая забастовка сопровождалась взлётами и падениями, охарактеризовавшими многоуровневые тенденции протеста: такими трагическими событиями как самоубийство Мохаммада Расепара 28-го января 2012 г., началом забастовки и множество последовавших за этим политических акций, как например началом голодовки в Вюрцбурге, началом проекта протестных палаток 10-го июня и его распространением на одиннадцать городов в пяти федеральных землях Германии до сентября и, наконец, организацией протестного марша на Берлин и крупной забастовкой в Берлине.

К этому времени протесты беженцев и нелегалов на европейском уровне привели к самым различным результатам и поспособствовали важным изменениям в некоторых странах. С мая начались забастовки в Дании, в Турции, Болгарии, Греции, Голландии и Австрии.

В последних двух случаях полиция разрушила палаточные лагеря, из-за чего беженцам пришлось продолжить свой протест в других местах, так что солидарность и сотрудничество в борьбе в Германии, Голландии и Австрии являются в настоящее время единственными видимыми очагами этого сопротивления.

Во время этого долгого конфликта и борьбы с враждебной к иностранцам и беженцам системой мы смогли приобрести огромный опыт. В обмене опытом с бастующими нелегалами в Голландии, а также с забастовкой и протестным маршем в Австрии мы пришли к выводу, что для продолжения протестов беженцев жизненно необходимы критический анализ и дальнейшие идеи.

При этом главной целью является создание независимых советов беженцев, которые полностью организуются самими протестующими беженцами, которые как солидарные коллективы сами разрабатывают стратегии сопротивления в каждом регионе и берут свою судьбу в свои руки. Ради этой цели мы организуем и проводим этот конгресс.

Поэтому мы приглашаем всех беженцев, нелегалов, иммигрантов и людей иммигрантского происхождения, активистов, студентов, журналистов, правозащитников принять участие в этом конгрессе.

Беженцы, нелегалы и иммигранты решили сделать ещё один большой шаг в сторону самоорганизации, независимости и коллективного сопротивления ради всех, кто «не отсюда», кто находится в самом низу европейского общества, ради всех, чью человечность отрицает система при помощи всех своих средств и сил, и чьи социальные и человеческие права она не признаёт.

После многочисленных дискуссий между организационным комитетом бастующих беженцев и другими активными беженцами для конгресса были избраны первые выходные марта (1 — 3 марта). Мы приглашаем всех активных людей и группы присоединиться к нам, будь то в лишь форме присутствия или же участия во всём мероприятии или только в некоторых его частях. Этот проект функционирует на данный момент при содействии различных групп, но и Ваше участие необходимо, а Ваше содействие может наверняка послужить качеству организации конгресса.

Организационный комитет независимых протестующих беженцев, январь 2013
Контакт: http://refugeecongress.wordpress.com/
refugeecongress@gmail.com

Размышления о невозможности революции в театре

[Размышления были написаны под впечатлением от работы во вполне конкретном театре и для «немецких» условий, не являются конечными и будут вскоре изменены и доработаны — liberadio.]

  1. В последующем приведены теоретические размышления о возможной задаче — представить средствами театра, т.е. на сцене, революционное происшествие. Несмотря на то, что задача должна быть сначала решена теоретически, мы постараемся быть настолько конкретными, насколько это возможно.

  2. Бесспорно важный вопрос: почему именно «революционное происшествие», мы оставим пока в стороне. Причины тому важны и значительны, но тут не место рассуждать о них. Речь идёт, в первую очередь, о вопросе: как?

  3. Предположим, что театр является местом производства культуры, но прежде всего — идеологии: местом обмана и иллюзии. В этом вся суть его функционирования: подвергнуть пассивных зрителей и зрительниц рассказываемой / представляемой истории, которая зачастую относится к ним лишь опосредованно. Если зрители и зрительницы «теряются» в истории во время представления, подвигаются к сочувствию или размышлениям, задача театра считается выполненной. Если воздействие при особенно «хорошо выполненных» задачах может быть длительным, то иллюзия зачастую разбивается ещё до выхода из зрительного зала. Уже аплодисменты освобождают зрителей и зрительниц из чужой истории: она закончилась, что за облегчение!

  4. По аналогии с отношением между картиной и рамкой картины (неймдроппинг хотя и является хренью, но смотри по этой теме эссе по эстетике Георга Зиммеля), где рамка хотя и относится к картине, но всё же обозначает границу с окружающим: тут заканчивается потенциально неудобное картины, окружающее может быть спокойно. Это образ функционирования всяческого искусства в буржуазном обществе, всяческого обмузеенного, запертого искусства. Театр не является исключением из этого правила. Что служит рамкой происходящего в театре, рамкой обмана? Это, очевидно, здание, приглашающее фойе и, согласно поговорке, что театр начинается с вешалки — гардероб. Continue reading “Размышления о невозможности революции в театре”

Апдейт по забастовке иранских беженцев в Вюрцбурге (Германия)

В России теперь на одного алкоголика больше, по Берлину ходят недобитые сталинисты толпами, в США свирепствует бешенство крупного рогатого скота, а в Вюрцбурге наклёвывается новый протест иранских беженцев.

Да, они было улетели, но обещали вернуться. Когда они отправились в Берлин, я перестал о них писать — не было ни повода, ни особенной возможности. Доходили либо слухи, либо довольно скромная и поверхностная информация с блога http://refugeetentaction.net/

А произошло многое: издевательства со стороны берлинского бургомистра-социалдемократа (дежавю, просто!), полицейский террор, нападения нацистов, демонстрации, пресс-конференции, захват дома (кажется, захватов было даже два). Берлинские левые, как и у нас, дети среднего класса, с готовностью взяли это дело в свои руки и превратили протест в Берлине в болото (как и у нас). Основной же причиной, судя по всему, является просто-напросто то, что иранцы устали жить всё это время на улице, пришло время передохнуть, переоценить свои действия и переорганизоваться. Кроме того, как утверждают осведомлённые источники, The Caravan, иммигрантская организация, борющаяся за права иммигрантов, занимается тем, чем организации и занимаются — самосохранением любой ценой и утверждением собственной власти над своими «подопечными». Грубо говоря, практически сразу по прибытию в Берлин, иранцам уже нечего было сказать на общих собраниях, речь шла о делах организационных и повседневных: где найти пожрать, кто будет следить за чистотой и т.п. Поэтому самые неудобные удалились. А борьба ширилась и всё ещё ширится, хотя и с переменным успехом: лагерь в Вене разогнан, идёт иммигрантская буза в Польше, в Нидерландах.

Тем временем в Вюрцбурге

Наши же левые и просто сердешные активисты решили отметить годовщину протеста на свой лад. Была организована выставка с модными фотографиями и вырезками из местной газеты. На открытии был показан какой-то никакой фильм о том, «как мы весело шли пешком из Вюрцбурга в Берлин». На этом можно было бы и закончить, но на тот случай, если кто-то вдруг не знаком с местными реалиями и менталитетом активистов из среднего класса, поясню. Организаторы выставки показали отличное умение обращаться с клеем и ножницами, и в продаже кофе и перожков. Ни о самых началах, ни о том, как организовывался протест вопреки стараниям не только города, но и сраной антифы — ни слова. Ни слова критики в свой адрес, ни статей из левой прессы (были некислые статьи в Jungle World, GaiDao, Graswurzelrevolution и т.п.).

Некогда один товарищ написал дискуссионный текст, где назвал вещи своими именами. Хомячки отказались его читать и обсуждать: товарищ ведь из числа так называемых «антидойче». Когда примерно о том же, но более мягко написал бывший иранский журналист и доцент Араш, хомячки сказали, что это перевод с английского (что правда) и поэтому кто его знает, что там при переводе потерялось. Они готовы выдумать всё, что угодно, только чтобы не усомниться в своей святости. И год спустя, они продемонстрировали, что ничего не изменилось. Я знаю многих из них ещё со времён студенческих протестов 2009/2010-го года, и всё это меня не столько удивляет, сколько уже серьёзно злит…

Мда, ну так наклёвывается ещё одна палатка в городе (давно не видел комиссара Штренга, уж соскучился почти!), антифа-хомякам предоставлено организовать ещё одну беззубую демонстрацию. Далее — конгресс в Мюнхене. Посмотрим, что будет…

Preguntando caminamos, да ведь?

Милитаризация трудовых конфликтов

Торстен Беверниц в Direkte Aktion, Nr. 214, 2012

Когда Джек Лондон 100 лет назад описывал штрейкбрехера как гадюку, жабу и вампира, у него перед глазами был не обнищавший наёмный работник, который боялся бы собственной смелости или был бы по экономическим причинам не в состоянии бастовать, а парамилитаристская униформированная организация, применявшая оргнестрельное оружие против бастующих рабочих. Самой известной бандой штрейкбрехеров были детективы фирмы Pinkerton´s National Detective Agency.

Наше представление о штрейкбрехере существенно изменилось: это сегодня просто рабочий или работница, который или которая не участвует в забастовке — либо намеренно нанимается работодателем с предложением премии, чтобы подорвать забастовку. Но чтобы люди в униформе стреляли в рабочих — это кажется нам невероятным.

Но государство всегда, когда положение становилось напряжённым, применяло армию против бастующих рабочих. То, что нам это кажется чуждым, зависит от того, что сегодняшние тарифные конфликты в Германии едва ли можно назвать забастовками — в иных же странах военизированное предотвращение стачек давно уже принимает старые формы. Вот несколько недавних примеров:

США Continue reading “Милитаризация трудовых конфликтов”

“Дортмундская Коммуна” 1919 – 1920

В индустриальном котле Веймарской республики, в Рурской области, наступили дни трагической славы. Забастовки с требованиями шестичасового рабочего дня распространялись со скоростью лесного пожара. Рур стал в то время, помимо Мюнхена, Берлина и центра Германии, одним из эпицентров революционной попытки рабочего класса взять управление общественными делами в свои руки. Историки зря упоминают это движение как побочное явление Спартакисткого восстания, Каппского путча или боёв в центральной Германии. Это была отчаянная попытка всё же довести социальную революцию до конца.

Когда после Ноябрьской революции различные фракции социал-демократов собрались в совете народных комиссаров, народ наивно ожидал от них мер по революционному переустройству общественной жизни. Но это, видимо, всегда было тайным девизом социал-демократов – быть “революционной”, но не делающей революцию партией… Главной проблемой стал вопрос об обобществлении экономики. В декабре 1918 года совет комиссаров обязал правительство заняться вплотную “обобществлением всех созревших для этого отраслей промышленности, в особенности горной промышленности”. Даже Фридрих Эберт, отец немецкой демократии, официально признавал важность этого мероприятия. Вот только в головы социал-демократических чиновников это никак не могло уложиться. Независимые же СД, например Карл Каутский, требовали “демократии производителей, рабочего самоуправления. Однако и независимые СД расходились во мнениях о том, как это делать. Их теоретик Эрнст Дойминг шизофреническим образом сделал верный вывод, что партии несовместимы с принципом советов, поэтому не годятся для обобществления промышленности. Это могли бы сделать только сами рабочие. Continue reading ““Дортмундская Коммуна” 1919 – 1920″

Апдейт по забастовке иранских беженцев в Вюрцбурге (Германия)

В этот раз буду краток. Ибо из личных анекдотов и переживаний рассказать в этот раз совершенно нечего. Причины моему выбытию из организации протеста я обрисовал раньше — с тех пор тенденции усугубились.

Хотя нет. Анекдоты, всё-таки, найдутся. К примеру, 9 июля городской индустрией благотворительности была организована конференция под названием «Даёт ли право убежища защиту от преследований?» Были ответственные лица из «благотворительных», представитель NGO «Pro Asyl», занимающейся беженцами и миграцией и федеральный министр из миграционного министерства. Их лепет был совершенно неинтересен, показательно же то, что иранцев из палатки на это действо никто не пригласил, зато «благотворители», некогда саботировавшие протест, могли высказываться в первую очередь. Однако удалось поставить господ в неудобное положение: вопросом, насколько эта забастовка смогла вынудить равнодушное правовое государство пойти на уступки. Господа отнекивались, но факты заставляют сделать вывод: большинство из протестующих иранцев получили право убежища лишь для того, чтобы заставить их замолчать и прекратить этот позорный для города и всей Баварии протест.

Посещали нас и неонацисты из Национально.демократической партии Германии (NPD) во время своего предвыборного турне. Такая забавная акция  – приехали на таком модном агитационном грузовике. Не суть важно, но власти города согласовали с ними место их агитации — в непосредственной близости от палатки иранцев. «Издевательство» и «цинизм» – вот те слова, которые мне приходят в голову по этому поводу.

Но как бы то ни было, антифа-хомячки до сих пор с энтузиазмом занимаются своим делом. Организуют демонстрации и т.п.  (Однажды надо будет посвятить психологии этих хомячков отдельное исследование. Антирасистский летний лагерь в Кёльне репрезентативно раскрыл некоторые существенные аспекты их психологии. Ну да ладно.) Желающие и могущие посильно поддерживали протест издали: к примеру, в Jungle World, в GaiDao и в Graswurzelrevolution.

А с протеста, тем временем, берут пример другие беженцы: в Берлине, в Бамберге, а Аубе, в Регенсбурге, в Дюссельдорфе, в Нюрнберге. В Зинсхайме администрации лагеря удалось вовремя предотвратить возникновения организованного протеста. 8-го сентября начинается марш беженцев на Берлин. С размахом протест смальца потерял глубину, но посмотрим, что из этого выйдет…

Далее листовка об акции 8-го сентября на английском, немецком и русском языках – Continue reading “Апдейт по забастовке иранских беженцев в Вюрцбурге (Германия)”

Апдейт по забастовке иранских беженцев в Вюрцбурге (Германия)

Долго не писал, и чем дольше не систематизируешь происходящее в голове, тем сложнее. Факты забываются, даты путаются. К тому же, были причины личного характера, заставившие меня «отойти» от палатки. Были или не были? Личного или нет? С началом новой голодовки, ещё менее подготовленной и продуманной, чем предыдущие, но в этот раз с зашитыми ртами, из палатки ушёл заводила Масуд, IFIR (Международная федерация иранских беженцев) дистанцировался от всего этого дела. Ушли и ещё пара человек: кто-то добился права остаться в Германии и, в общем-то больше ничего кроме этого и не хотел, кто-то просто из-за физического или психического истощения. Что не удивительно. Зато прибыли ещё пара человек из других городов, тоже присоединились к голодовке вот так сразу и ожидают, что признание политическими беженцами теперь просто упадёт им с неба в раскрытые ладони.

Мои причины удалиться довольно просты. С уходом Масуда, человека хоть и партийного, но на которого можно было положиться, в палатке начались интрижки и борьба за место альфа-самца. Оба заводилы на данный момент — это два политически амбиционированных распиздяя и этим всё сказано. Один зашивает себе рот раньше обговорённого срока и разгуливает так по городу, другой угрожает бургомистру «насилием» (кхе-кхе, ну, как бы так) и идёт потом со своим ноутбуком в полицию, на «дружеский, неформальный разговор». Соглашается на переводчика от полиции и не хочет адвоката. Типа, зачем, ведь это наша «демократическая полиция»? Понять это можно было давно, когда «демократическая полиция» устраивала нам ежедневный и еженощный террор. Сухая голодовка — да, дело жёсткое, но даже отчаявшись (а Мухаммад, к примеру, участвует в протесте с самого начала, т.е. находится в палатке и живёт на улице уже более 100 дней, а в его деле до сих пор ничего не сдвинулось) и озлобившись не стоит совершать самоубийство, не выставляя властям никаких требований, и делать вид, что самоубийство политически мотивировано. Да, наш «пакт о невмешательстве», о том, что мы не говорим ЧТО делать, а только лишь КАК ЛУЧШЕ, временами просто мешает общему делу. Когда парни просто не видят разницы между авторитарным режимом произвола аятолл и хладнокровным чудищем правового немецкого государства и его безликой бюрократией. Когда эти два распиздяя на чегеваровском трипе уже видят в себе великих предводителей общеевропейского движения иммигрантов и отвергают все разумные советы, ссылаясь на «пакт о невмешательстве». Протест-то их, это верно… Но все эти шутки стоят довольно дорого, когда в очередной раз условия протеста обсасываются перед городским административным судом. Конечно, административный суд Мюнхена опустит власти Вюрцбурга в очередной раз, но денежку на эти удовольствия собирают не иранцы, а люди их поддерживающие.

Такой пока невесёлый апдейт. «Самоубийство» Мухаммада пока удалось предотвратить, доводы разума покамест ещё имеют вес. Так что, глядите на

www.facebook.com/gustreik и

http://gustreik.blogsport.eu

пишите на gustreikwue@gmx.de, выражайте поддержку и солидарность, шлите апельсины бочками.

Слушайте модный рэпчик на испанском, немецком и фарси прямиком из палатки.

И пару фоток в довесок. Continue reading “Апдейт по забастовке иранских беженцев в Вюрцбурге (Германия)”