Апдейт по забастовке иранских беженцев в Вюрцбурге, Германия

Я долго отмалчивался по этому поводу. Много произошло. Припомнить и описать всё теперь довольно непросто. Хотя — это всего-то конец апреля и май, который ещё не подошёл к концу.

Были приятные моменты, были неприятности и трудности, которые можно было преодолеть. Наметились и довольно неприятные тенденции. Или просто обнаружились. Значит, буду рассказывать путано и кратко.

В общем, четверо из десяти уже получили статус беженцев. Значит, могут искать себе жильё, работу, учиться и т.п., то есть формально могут влиться в «стройные» ряды граждан и начать заниматься своими делами. Эти четверо, однако, не ушли и остаются в палатке из солидарности, так сказать. Администрация продолжила тактику работы на утомление: периодически беженцев запугивают полицейскими проверками, пытаются расколоть группу обещаниями быстрого получения статуса беженцев, если «эта акция прекратится», судебными тяжбами по мелочам. Касательно последнего пункта — палатка в очередной раз переехала, однако, тоже в людное место, так что всё ништяк в этом смысле. Спать одновременно могут только четверо, остальные вынуждены, согласно предписаниям, заниматься «политической работой». Прочие унизительные и просто издевательские ограничения, наложенные администрацией города, были разбиты в пух и прах административным судом Мюнхена. Городские чиновники, в том числе и широко известный в узких активистских кругах комиссар полиции Штренг («строгий», бля!), получили на суде, грубо говоря по еблету и сконцентрировались теперь на мелкопакостном шантаже и запугивании. Ну, о чём и речь… Continue reading

Тэйлоризм 3.0

Хольгер Маркс

«Земли и муниципалитеты признают возрастающее значение культурного и творческого предпринимательства» – это можно прочитать на интернет-странице Федерального министерства экономики и сельского хозяйства (Германии). Не только политики, но и предприниматели взирают заворожено на предполагаемую отрасль роста, состоящую, прежде всего, из фрилансеров, так называемых «самостоятельных» одиночек, из людей искусства от текстовиков до дизайнеров и фотографов. Требуемая от них гибкость и собственная инициатива при этом постепенно всё больше представляется примером динамически растущей экономики завтрашнего дня.

В действительности эта трудовая модель уже проникает в другие сферы экономики. Это становится возможным посредством дигитализации организации труда, которой предприятия могут форсировать флексибилизацию форм занятости. Метод, который при этом применяется, называется «cloudsoursing». При этом речь идёт о принципе разделения труда, при котором «рой» интернет-юзеров привлекается к решению определённых проблем или задач — зачастую бесплатно. До сих пор этот метод был, прежде всего, известен в сфере развития продуктов, к примеру, когда целенаправленно собирались отзывы пользователей интернета для улучшения продукта. Но это «перекладывание задач на рой» находит применение и в обычной организации труда на предприятиях.

«On Ebay»

Пионерами этой тенденции были платформы, на которых предприятия могли выставлять простые задания (microtasks), которые выполнялись пользователями интернета – к примеру, небольшие исследования или переводы — за нищенскую плату. Тем временем существуют даже платформы, распределяющие так называемые «microjobs», задания, которые, к примеру, могут быть выполнены в «непродуктивное время», к примеру, на смартфоне во время поездки на поезде. Но и настоящие проекты выставляются на соответствующих страницах. На этих «Ибэях для рабочей силы» в особенности конкурируют фирмы программного обеспечения или дизайнеры всего мира за клиентов или их заказы. Continue reading

Урсула ле Гуин: Дао, утопия и анархизм

Эту писательницу уважают многие: причём как фэны science-fiction или фэнтези, так и в так называемых либертарных кругах. Особенно последние почитают её за “Обездоленного” – то ли анархо-коммунистическую, то ли анархо-синдикалистскую утопию (а может, и анти-утопию), за рассказик “За день до революции” (как бы из того же цикла, но про то как каша с анархистским восстанием заварилась), да ещё за пару-тройку вещей (будь то “Слово для мира и леса одно” или “Всегда возвращаясь домой”), где явные симпатии автора (или авторши?) анархизму и пацифизму не заметить нельзя. О том и будет речь — откуда, каким образом и куда идёт эта мысль у Урсулы ле Гуин.

1. Житие-бытие

Биографий было написано не великое множество, но достаточно. Все они, однако, выходили на загнивающем Западе: де Болт, Бакнолл, Спивак, Рейд. Все они, так или иначе, касались работ ле Гуин (кои не ограничивались лишь сочинениями в жанре фантастики), биографические же справки всегда были скупы. Ле Гуин никогда не собиралась становится звездой, нигде особо не светилась, личную жизнь на показ не выставляла, да и жила-то довольно спокойно, без подвигов и скандалов. А уж теперь-то, когда ей 80 — уже не до приключений и драм.

Родилась Урсула 21-го отктября 1929-года в небольшом университетском городишке на Севере Калифорнии, в Беркли. Младший ребёнок и единственная дочь Теодоры и Альфреда Кробер. Папаша был именитым профессором этнологии, что объясняет интерес самой Урсулы к этой науке, да и периодическое появление в её романах фигуры этнолога-исследователя, которому приходится выступать в роли посредника, когда сталкиваются две культуры. Разумеется, отца, известного учёного, посещали разные не менее именитые гости. Этнологи большей частью, конечно, но и другие — например, физик Оппенгеймер. Оный произвёл на Урсулу такое сильное впечатление, что — короче, догадайтесь сами, кто был прототипом физика-вольнодумца Швенка из “Обездоленного”… Приходили и калифорнийские индейцы, на которых специализировался профессор Кробер — из объектов изучения они стали друзьями семьи. Особенный друг семьи – индеец Иши, о котором мать Урсулы написала книгу, ставшую в последствии довольно известной – “Ishi in two worlds”. Фигура действительно экзотическая и впечатляющая, тем более, если Иши был последним представителем своего племени — изгой в двух мирах(тоже распространнённый типаж у ле Гуин). В пять лет Урсуле пришлось научиться читать и писать. Именно пришлось, т.к. старшему брату было стыдно иметь безграмотную сестру. И, разyмеется — ещё одно влияние — много-много книг. И конечно, фантастика, фэнтези. В 12 лет она безуспешно пытается опубликовать свой первый фантастический рассказ в журнале “Astounding”. С “Дао де цзин” Лао Цзы она тоже познакомилась довольно рано — и это, опять же, довольно значительное влияние в её творчестве, но об этом позже (чего, обычно, почитатели писательницы ле Гуин не знают: дао — частая тема её научных работ). Также среди влияний следует уделить особое внимание учению об архетипах Юнга. Прежде чем начать свою писательскую карьеру, она закончила университет и вышла замуж.  Continue reading

Руди Дучке в разговоре с Гюнтером Гаусом (1967)

Всплыл-таки перевод стенограммы интервью. Читать можно здесь.

Смотреть – где и когда угодно. Ну, например, вот прямо тут:

Upd май 2023: читать можно, на всякий случай, и здесь. –

ГАУС (известный немецкий журналист. С 1969 по 1973 занимал пост шеф-редактора журнала “Шпигель”): Сегодня вечером вы уведите интервью с Руди Дучке, которое было сделано нами несколько недель назад. Руди Дучке, 27 лет, в прошлом он покинул ГДР по политическим причинам и сегодня изучает социологию в Свободном Университете Берлина. Дучке является самым известным из числа тех, кто выступает от имени радикальных студентов, которые хотят не столько реформировать, сколько перевернуть всё наше общество. Эти студенты в меньшинстве. Шум, который они производят, не может затмить этого факта. Подавляющая часть студенчества всё ещё аполитична, она даже не заинтересована в реформе университета. И даже внутри этого меньшинства соратники Дучке опять же являются лишь маленькой группой. Может ли это быть причиной для того, чтобы не обращать на них внимания? Он и его друзья должны смириться с тем, что способ их аргументации иногда лишает их статуса серьёзных собеседников. Это, по моему мнению, не может помешать нам попытаться понять, кем же эти молодые люди, эти революционеры, хотят быть в то время, когда в революцию больше не верят? Что они на самом деле замышляют? Речь пойдёт не столько об актуальных делах, сколько мировоззрении Дучке, которое он пытается навязать обществу. Смотрите сейчас «Для протокола: Руди Дучке».

ГАУС: Господин Дучке, вы хотите изменить общественный порядок Федеративной Республики. Всё должно измениться от самого основания. Почему?

ДУЧКЕ: Да, в 1918-ом году, начнём оттуда, немецкие советы солдат и рабочих отвоевали восьмичасовой рабочий день. В 1967-ом году наши работницы, рабочие и клерки работают на несчастные четыре-пять часов меньше в неделю. И это при огромном развитии средств производства, технических завоеваниях, которые могли бы действительно обеспечить очень, очень значительное сокращение рабочего времени. Но в интересах сохранения существующего порядка сокращение рабочего времени, которое стало исторически возможным, сдерживается, чтобы сохранить несознательность – а это согласуется с продолжительностью времени затрачиваемого на работу. Пример: после Второй мировой войны тут же началась болтовня правительства об объединении. Теперь же, на протяжении 20-ти и более лет у нас не было никакого объединения, но мы постоянно получали правительства, которые в определённом смысле можно было бы назвать институционализированными инструментами лжи, инструментами полуправды, искажения. Народу не говорят правды. С массами не устанавливается диалог, критический диалог, который мог бы объяснить, что происходит в этом обществе. Почему неожиданно настал конец «экономического чуда», почему с объединением мы не двигаемся с места? Нам рассказывают об упрощении в передвижении людей, но имеют в виду сохранение политической власти.

ГАУС: Почему вы считаете, господин Дучке, что те изменения, которых вы желаете, не могут быть достигнуты посредством сотрудничества с существующими партиями?

Continue reading

Marg bar hishkas

О том, кто имеет право требовать жертвоприношения жизни

Йорг Финкенбергер

1. Ортега и Гассет где-то упоминает достопамятный спор, произошедший незадолго после начала Испанской гражданской войны во время праздника между неоднозначным философом Унамуно (время от времени социалист, иногда монархист, а когда и либеральный демократ) и Астреем, генералом Испанского легиона: о его восклике последнего «A bajo la intelligencia! Viva la muerte!» Это был девиз Испанского легиона, так называемой элитной дивизии, которая, в первую очередь, как ей и полагается, выступала против внутреннего врага; Viva la muerte, да здравствует смерть, восклик согласия с тем, что требует жертвоприношения жизни, если надо, то и собственной, но и жизни врага: а это — суверен, который побеждает революцию, и одновременно — восстание против всего, что некогда называлось разумом. Это провозглашение против разума, в общем-то, является дополнением к провозглашению против республики, которое сопровождало несколько недель до того государственный переворот. Лозунг, «отвратительный и некрофилический» (Унамуно), является правдой государства, этой «великой бойни», этого «огромного кладбища» (Бакунин). Continue reading

Немного Иерусалима, декабрь 2011

Да, совсем забыл  – декабрьская поездка в Иерусалим. Много писать лень, просто выложу несколько фотографий, без хронологической последовательности и какой-либо содержательной связанности.

 

«Сколь мало, насколько каждое военное действие израильской государственной машины можно слепо одобрять per se как самоутверждение против антисемитизма, столь же мало его можно отвергать per se как выражение репрессивной и реакционной политики, если понимание двойственного характера Израиля вообще должно иметь какое-либо значение».

Роберт Курц, «Die Kindermörder von Gaza», EXIT! 6/2009

 

Continue reading